– Я совершенно согласен со всем, что вы только что изложили, – заявил Крупицы‑Говорящий.

– Ваши намерения туманны. – Долго‑Не‑Думающий мысленно присоединился к Неуловимо‑Далекому.

– Я вовсе к этому не стремился. – Глазные стебли Крупицы‑Говорящего вытянулись. – Каким‑то образом нам следует сохранить как родину колыбель Назначения. А в дальнейшем мы сможем не только отвоевать то, что уступили Узору, но и полностью разгромить его, остановив Человечество. Я посвятил много времени тягостным раздумиям над сложившейся ситуацией – и могу назвать лишь один выход из нее, позволяющий осуществить названное. Он сделал паузу.

– Как только враг соберется атаковать, мы объявим о том, что сдаемся.

Даже Неуловимо‑Далекий остановился.

Все члены Совета почувствовали себя неуютно. Поскольку шутки среди амплитуров распространены не были, все решили, что Крупицы‑Говорящий просто нахамил. Искренность сказанного в задаче сомнению не подвергалась, поскольку амплитуры никогда не лгали.

За разъяснениями вынужден был обратиться Долго‑Не‑Думающий.

– Хотя это и не свойственно настоящему этапу нашего развития, но юмор, как понятие, мы признаем. Настроение сегодня у всех было мрачное. Следует ли понимать, что высказанное вами предположение было нацелено на поднятие расположения нашего духа?

– Не в том смысле, как вы это полагаете. Я безо всяких оговорок утверждаю, что нам следует сдаться перед неизбежным последним нападением. Сложить оружие, капитулировать, подчиниться. Объявить, что мы отказываемся от проповеди Назначения, освобождаем народы, присоединившиеся к нам в качестве союзников, от их обязательств, передаем большую часть наших вооружений и подпространственных средств под общий контроль Узора и возвращаемся к образу жизни, ограниченному нацеленностью на социальное развитие и созерцание, который был нам свойственен до той поры, как нас впервые озарил великий свет Назначения.

Неуловимо‑Далекий ответил за всех.

– Интересный подход к победе. Я, например, не вижу, каким образом ваши предложения помогут выполнить задачи, вами же старательно перечисленные. Лично я не вполне готов к отказу от Назначения, равно как и к капитуляции перед врагом, тем более, без боя за родные мне планеты‑близнецы.

– А я ничего говорил об отказе от Назначения, – ответил Крупицы‑Говорящий. – Я сказал только, что следует заявить об этом вследствие сдачи. Что касается отдачи врагу наших родных миров, то я уверен, что они не пожелают тратить время и силы на управление тем, что больше не представляет для них реальной угрозы. Я убежден, что местное управление останется за нами, чего совершенно определенно не последует за сокрушительным военным поражением.

– Узор распространит лжеучения и вредную пропаганду среди наших союзников. Все, кого удалось нам вовлечь в Назначение, будут для нас потеряны, – высказал свое мнение Зеленый‑На‑Песке.

– Не думаю, что все, – Крупицы‑Говорящий мысленно обозрел коллег. – Не так уж плохо мы с ними поработали, правда? Многие останутся преданны, благодаря свободе выбора, по доброй воле. А других мы всегда сможем переубедить. В любой момент можно восстановить, что было порушено.

– Тем временем, нас оставят в покое, – продолжил он свою мысль. – За разговорами, за попытками внушения – за всем этим Узор, конечно же, будет следить, дабы мы не не внушали лишнего слишком уступчивым и восприимчивым. Они будут жаловаться, мы – разводить щупальцами, что, мол, ничего не знаем; а тем временем, мы будем спокойно себе продвигаться в самом важном направлении. Без использования той части сознания, которая такую хорошую службу сослужила нам в прошлых делах.