– Но они ведь – подобно нам – просто мыслящая органика, – вставил обычно замкнутый Красное‑Небо‑Мыслящий. – Должен же быть способ их одолеть.

– Мы испытывали одну новую стратегию за другой. – Объемлющий‑Телом‑Дерево ударил щупальцем по воде. – Ничто надолго не помогает. Этот вид очень легко приспосабливается. И – в отличие от нас и наших союзников – они воинственны от природы.

– Должен быть способ, – настаивал Зеленый‑На‑Песке. – Новое оружие разрабатывается, новые корабли конструируются. – Его серые глаза обвели остальных. Предлагалось ведь даже использовать орбитальное оружие массового уничтожения. – Ото всех последовали шокированные мысленные возгласы, и Зеленый‑На‑Песке поспешил уточнить. – Я же сразу сказал, что это лишь предлагалось. Естественно, это не было одобрено. Неуловимо‑Далекий неуютно пошевелился.

– Миллионы убитых – это миллионы потерянных для Назначения. Кроме того, Узор и, уж наверняка, Земля ответят подобным же образом. Результатом явится – опустошение многих миров, уничтожение их населения – а это огромный тормоз в победном марше Назначения.

– И тем не менее, – продолжил Зеленый‑На‑Песке, – если Узор придет к окончательной победе, это будет означать полное исчезновение Назначения с лица Вселенной. А к чему тогда цивилизованное поведение?

– Наращивание масштабов взаимоуничтожения увеличит число погибших, но не поможет их победить, – высказал короткую, ясную, хлесткую мысль Долго‑Не‑Думающий. Как уже указывал Неуловимо‑Далекий, Узор сопоставим или превосходит нас по всем видам вооружений. Нам же потребуется нам новый подход, а возможно – и новый образ мышления. Со временем все окостеневает. Необходимо еще раз пересмотреть древние догматы и традиционные подходы. – Зеркальные глаза на толстых коротких стеблях моргнули. – Пришло время рассмотреть антитезы.

Крупицы‑Говорящий был одним из самых молодых в Совете. Он одно время в нем уже участвовал, потом вышел, взялся за другие задачи, и только недавно вновь был в него допущен. Он отличался определенной изломанностью мышления, и его вклад особенно ценился среди тех, кто считал эклектизм достоинством. Не склонный к глубокому анализу, Крупицы‑Говорящий славен был тем, что часто выдавал новые идеи, которые потом доводились до ума теми, у кот опыта побольше. Он мог выдвинуть дюжины совершенно тупых идей, а потом вдруг одну блестящую.

Поэтому, когда этот достойнейший запустил в омут всеобщих раздумий свои мысли, все моментально обратили на них внимание. Чтобы там Крупицы‑Говорящий не выдвинул, пусть это будет даже и бесполезно – но, по крайней мере, не скучно.

– Я согласен с Долго‑не‑Думающим. Мы должны совершить нечто радикальное и беспрецедентное. Я также согласен с Близ‑Холодно‑Поющим: мы проигрывали, проигрываем и будем проигрывать, потому что мы не можем победить Человека. Для победы нам необходимо сменить направление удара. Остальной Совет слушал терпеливо, почти с надеждой.

– Давайте посмотрим, что нам известно. Человечество – единственный полуразумный, от природы воинственный вид когда‑либо открытых существ. Их определяет агрессивность, настроенность на войну и приспособляемость их ума и тела к боевым действиям. – Крупицы‑Говорящий многозначительно приумолк. – Фактически, не будет глупостью предположить, что единственными существами, которые способны нанести окончательное поражение людям, являются сами люди.

– Все это нам известно, – нетерпеливо сказал Неуловимо‑Далекий. – Наши прародители пытались претворить эту гипотезу в жизнь, модифицировав пленных людей, чтобы те выглядели и думали, как ашреганы.