Взгляд Ранульфа задержался на красивых губах Арианы. Если приложить все его мастерство, можно биться об заклад на выигрыш с турниров за целый год, что она забудет о ледяном равнодушии и презрении, так досаждавших ему. Он сокрушит барьер высокомерия, и Ариана будет, задыхаясь, молить его о прикосновении, будет жаждать подарить ему наслаждение…

– А теперь сними одежду, демуазель.

– Ты хочешь, чтобы я разделась? – едва слышным шепотом спросила Ариана.

– Да. Пора ложиться спать. – Ариана мешкала, и Ранульф негромко добавил: – Демуазель, ты же не отречешься так легко от своей клятвы быть покорной? Платье… или я должен снять его сам?

Сердито выругавшись про себя, Ариана отвернулась, чтобы раздеться, сняла блио, камизу и чулки, и осталась в одной сорочке. Тонкий лен почти ничего не прикрывал, несмотря на длинные рукава и длину ниже колен, – сквозь слишком тонкий материал просвечивали соски и треугольник кудряшек на ее женском естестве – и не спасал ее от внимательного, испытующего взгляда Ранульфа, велевшего ей повернуться. Он медленно скользил глазами по ее телу.

Она просто восхитительная красавица, которая все сильнее обостряет его и без того растревоженные первозданные чувства. Ее гибкое юное тело было высоким, ноги длинными, кости тонкими и изящными, очаровательное лицо завораживало. Груди, полные и роскошные, талия, которую он легко мог охватить ладонью, и бедра, словно созданные для того, чтобы увлечь мужчину.

Кровь Господня, да она представляет собой соблазн, угрожающий его рассудку! Он, верно, ума лишился, когда задумал это. Он всего-то и хотел, что добиться ее послушания, склонить ее к покорности, но совершенно забыл, что от подобных игр сам останется неудовлетворенным, сексуально разочарованным и будет скрежетать зубами по ночам. Он сам связал себе руки, потому что не может прикоснуться к Ариане – даже если он преодолеет ее сопротивление, за последствия придется расплачиваться.

Теперь он хотел, чтобы она его вытерла.

Взяв льняное полотенце, Ариана осторожно приблизилась, стараясь держать себя в руках. То, что этот мужчина ее по-настоящему привлекает, только усиливало раздражение, и Ариана начала вытирать его красивое, исполосованное шрамами тело, прикладывая к этому куда больше усилий, чем следовало бы.

– Осторожнее, леди. Моя кожа мне еще пригодится.

Ариана с трудом заставила себя немного успокоиться, но тут заметила, что из раны на боку сочится кровь.

– Я должна обработать ваши раны.

– Я сказал, что это пустяки, леди.

Ариана упрямо вздернула подбородок:

– Я выполняю обязанности вашего оруженосца, милорд. И вы не позволите мне нарушить клятву.

Ранульф неохотно позволил ей сделать примочку и перевязать ребра льняными полосками, и все время пристально наблюдал за ней. Слишком многое видела его бывшая невеста своими серыми глазами, и ему казалось, что его душа обнажена.

Ариана на мгновение замерла, глядя на него снизу вверх, и какое-то мягкое, нежное чувство пронизало Ранульфа с такой силой, что он не мог ему противостоять.

Ранульф выругался про себя. Эта колдунья опутывала его неодолимыми чарами. Несмотря на все усилия сдерживаться, кровь в жилах рыцаря распалялась.

Словно против воли, он поднял руку и притронулся к ее щеке. Ариана ахнула и попыталась отшатнуться. Ранульф замер. Он совсем не хотел, чтобы она шарахалась от него.

Ранульф пальцем приподнял ее подбородок и посмотрел девушке в глаза.

– Не нужно меня бояться. Я вовсе не жестокий хозяин. Я нежен с лошадьми, соколами… с женщинами.

С поразительной быстротой он обнял ее за талию и притянул к себе, прижав к разгоряченным чреслам. Тело Арианы внезапно словно ожило, задрожав от возбуждения. Охваченная ужасом, она уперлась ладонями в широкую грудь Ранульфа, пытаясь оттолкнуть его, но с тем же успехом можно было толкать каменную стену.