– Отпустите меня! – воскликнула она.

– С какой стати? – Голос Ранульфа был хрипловатым, чувственным. – Недавно ты с готовностью соглашалась обменять свое тело на жизнь своих людей.

– Не тело, – отозвалась Ариана. – Только услуги.

– Так услужи мне.

Страстный, голодный взгляд этих золотистых глаз сильно встревожил Ариану.

– Именно вы, милорд, – задыхаясь, выговорила она, – не желали, чтобы наш контракт о помолвке вступил в силу.

Его голос превратился в соблазнительное бормотание.

– Существует множество способов утолить плотский голод, не нарушая твоей девственности, милая.

Он привлек Ариану к себе с нежностью, противоречившей опасной решимости в его взгляде, а потом, к ее ужасу и полному смятению, наклонился и поцеловал ее теплыми мягкими губами. Волна жара опалила Ариану, а потрясение было столь мощным, что ее словно парализовало. Она не могла сопротивляться нежной ласке его губ, раздвинувших ее губы, его языку, неторопливому, горячему и влажному, неспешно изучавшему ее язык.

А если говорить правду, то она хотела не сопротивляться Ранульфу, а прижаться к нему. Казалось, что половину своей жизни она ждала именно этого и хотела узнать, каковы на вкус его поцелуи. Она мечтала именно о нем, об этом мужчине – о возлюбленном, о муже. И не могла поверить, что такой сильный воин может оказаться столь невероятно нежным.

Ее руки сами по себе поднялись и обвились вокруг его шеи. Издав негромкий торжествующий крик, родившийся где-то в глубине горла, Ранульф крепче прижал ее к себе, окутывая ее своим теплом и ароматом своего тела, наслаждаясь ее губами. Он был весь как темное пламя, медленно распалявшее и ее чувства.

Через долгие мгновения Ранульф оторвался от ее губ, чтобы прошептать:

– Позволь мне показать тебе, что такое наслаждение, Ариана. Позволь подарить тебе удовольствие, какое я хотел бы получить и от тебя…

На какой-то один безумный миг она едва не поддалась этим сладким словам. Ранульф знал все о женщинах и страсти, и Ариане отчаянно захотелось испытать наконец то, в чем ей было отказано столько лет.

Столько лет…

Эта мысль отрезвила Ариану.

Громко вскрикнув, она сильно толкнула его в грудь. К ее изумлению, Ранульф тотчас же отпустил ее. Высвободившись, Ариана кинулась через всю комнату в дальний угол, вся дрожа, прижав холодные руки к пылающим щекам.

Повисла напряженная тишина. Ариана стояла и дрожала. Ранульф не подходил, к ней, и она осмелилась украдкой кинуть на него взгляд. Он стоял там, где она его оставила, пламя очага подчеркивало его крепкие мускулы и озаряло подтянутое обнаженное тело. Он смотрел на Ариану, и на его суровом лице застыло непонятное ей выражение.

Когда он заговорил, голос его звучал спокойно и не сердито.

– Ты и впрямь упряма, но ведь и я тоже, сладкая спорщица.

Ариану поразила ленивая улыбка, которой светились его глаза. В их золотистой глубине таилось обещание, предупреждая, что битва еще не окончена.

– А сейчас пора спать, – небрежно бросил Ранульф.

На одеревеневших ногах Ариана дошла до постели и забралась под одеяло. Она чувствовала, как его янтарный взгляд ласкает ее, изучает, словно оценивая ее волю к сопротивлению.

Но все, что он произнес, было: «Приятных сновидений, демуазель». Потом повернулся на бок и устроился поудобнее.

Сон повторился, на этот раз еще более эротичный, чем любая действительность. Ариана спиной ощущала настойчивое тепло Ранульфа, его возбуждение, мельчайшие подробности его тела, прижимавшегося к ней.