Да, там, возле станции Сигма, действуют иные законы… что ж, силовые щиты корабля — тоже закон. Пусть эти силы борются друг с другом. Может быть, их битва даст линкору шанс.

— Расчет прыжка готов, адмирал.

— Двигательный готов.

— Экипажу минутная готовность. Всем не несущим вахту занять противоперегрузочные кресла. Приготовиться к прыжку.

Флагман‑адмирал сидел в своем кресле на возвышении, дававшем ему неплохой обзор. Впереди и чуть внизу возле пультов работали офицеры — так же, как и командир, наглухо пристегнутые к креслам широкими мягкими ремнями. Барстер понимал, что рискует — но выхода другого у него не было. Линкор не должен войти в чужое пространство без защиты — иначе у него не будет ни одного шанса.

— Инженерный, по выходу из гипера — тройную мощность на щиты.

— Эффекторы погорят, — возопил чей‑то юный голос.

— Выдержат, — отрезал другой голос, в котором Барстер узнал командира инженерной службы полковника Ярцева. Усмехнулся — с Ярцевым вопрос эффекторов был обговорен особо. Тот клялся и божился, что даже на тройной нагрузке щиты продержатся не менее двадцати минут. Адмиралу нужно было всего девятнадцать.

— Всем системам наведения захват станции «Сигма», огонь без команды.

— Принято, адмирал.

— Готовность к прыжку. Обратный отсчет. Десять… Барстер сидел, стиснув руками мягкие подлокотники противоперегрузочного кресла. Теперь от него уже ничего не зависело. Чудовищная машина под названием линкор «Невада» была запущена и действовала как отменно отлаженный механизм.

— Семь…

Еще семь секунд на то, чтобы прервать операцию.

— Четыре…

А теперь уже поздно. Даже если сейчас закричать, люди не успеют среагировать. Автоматика все равно отправит линкор…

— Ноль… Старт!

Все вокруг заволокла зеленая вспышка порванного пространства, корчащегося от боли. А спустя несколько вдохов зеленое пламя опало. И тогда пришел удар.

Корабль содрогнулся так, как будто какой‑то великан пнул его изо всех сил. Взвыли аварийные сирены, послышался треск рвущегося металла, раздались чьи‑то крики. Несколько обзорных экранов погасли, один из пультов взорвался фонтаном слепящих искр, тут же вспыхнула форма на беспомощном, пристегнутом к креслу, операторе.

— Инженерный. Потеряны детекторы по левому борту, пятый, седьмой…

— Третья палуба, взрыв ракетной батареи РЗ‑бета. Заряды химические. Раненые…

— Медики, на седьмую!

— Инженерный. Разрушены эффекторы щитов A3, G8, Щит в норме. Подаем тройную нагрузку.

— Это Парке, кэп. Приступаю к работе.

— Медики, мать вашу, на седьмой раненые!

— Батарея гамма‑главная, излучатели главного калибра вышли из строя. Живых нет. Разрушены отсеки…

— Батарея альфа‑главная. Вижу цель, открываю огонь.

— Корректировщик. Альфа, ваш луч… он… он отклоняется в сторону от цели! Это же невозможно!

— Где медики, черт подери?!

— Батарея Р5‑гамма, вижу цель, ракеты пошли.

— Батарея Р5‑альфа, вижу цель, ракеты пошли.

— Батарея Р4‑бета, вижу цель, залп!

— Батарея бета‑главная, ответьте! Кто‑нибудь, что с бетой? Пульт связи сдох.

— Медики!!!

Спустя восемнадцать минут и сорок секунд линкор «Невада» покинул окрестности станции «Сигма» Корпорации «Азервейс» и ушел в прыжок, который должен был доставить его к основной эскадре.