А в это время пронзенный насквозь копьем человек, приткнувшись в углу, бормотал в микрофон личного коммуникационного браслета слова, которые вряд ли смог бы понять ург. Да он и не хотел понимать… Спустя примерно минуту или две ург снова вышел в главный коридор, небрежно отбросив в сторону обломки искореженной двери. На руке его был надет широкий браслет из серебристого металла, на поверхности которого мигало несколько огоньков. Ему понравился браслет — единственное, что имело смысл взять в этой бедной малой пещере.

Конечно, если бы не этот поданный сигнал тревоги, все равно о нападении узнали бы — ну, может быть, чуть позже. В первые минуты сообщению не поверили — да и кто бы поверил в дикое, бессмысленное бормотание о странных созданиях, убивающих всех на своем пути какими‑то топорами и копьями. Мартин Шакс, дежурный диспетчер, исключительно вежливо попросил старшего инженера МакДорски повторить информацию и уточнить некоторые детали, но инженер молчал, а по каналу его личного браслета шел какой‑то шум, в котором смешивался лязг металла и рычание… наверное, какого‑то животного. Диспетчер вздохнул и протянул руку к включению камер обзора. Обычно ими не пользовались — среди гостей АК «Эдем» попадались весьма эксцентричные особы. И после того как одна из них подала на администрацию в суд за подглядывание за ее персоной в интимные моменты… в общем суд администрация проиграла. Конечно, судья принял во внимание тот факт, что истец имел странную привычку заниматься сексом там, где ему взбредет в голову — в коридоре Комплекса, в ресторане, на пляже… но, с другой стороны, правилами поведения на борту АК «Эдем» такие вещи не запрещались. После этого случая, сопровождавшегося выплатой астрономической суммы, администрация дала своим служащим указание не использовать систему видеонаблюдения. Разве что в исключительных случаях.

А спустя несколько мгновений по всем помещениям комплекса пронесся рев сирен.

Урги уже полностью очистили третий ярус и по многочисленным лестницам двигались вверх, на второй, когда впервые встретили отпор. Два десятка сотрудников Службы безопасности, вооруженных табельными иглометами, уже ожидали появления непонятно каким образом проникших на Комплекс созданий. Поток тончайших игл, каждая из которых содержала в себе достаточное количество парализующего вещества, чтобы надолго обездвижить любого человека. устремился к вырвавшимся на ярус ургам.

Увы, это оружие было рассчитано на одного‑двух противников, да и к тому же не носящих чего‑нибудь вроде брони. Иглы безнадежно застревали в доспехах из толстой дубленой кожи, отскакивали от редких кирас.

Кое‑кто из ургов, конечно, упал — иглы ужалили их в лицо, в ноги или руки, а то и прошли между кольцами грубых кольчуг. Но это была лишь капля в море — а более серьезного оружия на станции просто не было.

Ар‑Трог гнался за высокой женщиной — она была хорошо сложена и явно умела бегать — по крайней мере хотя она и не могла оторваться от вождя ургов, но и ему никак не удавалось ее догнать. Женщина явно лучше знала все эти пещеры, большие и малые, ей легко подчинялись все двери — а ему иногда приходилось прорываться сквозь них силой. Топор Ар‑Трога уже давно покрылся глубокими зазубринами, но он не прекращал преследования. Наверное, это не было слишком умным поступком — он мог бы заняться более важными делами, например, поиском добычи. Вряд ли Вечный одобрит то, что рядовые воины принесут из этого набега больше добра, чем их вождь. Но Ар‑Трог был не в состоянии думать о таких вещах — его левый глаз пылал огнем, эта проклятая самка ткнула ему туда странной палочкой, конец которой дымился и был невообразимо горяч. Он как раз приканчивал какого‑то костлявого людорака, намереваясь оставить самку напоследок. Ар‑Трогу нравилось смотреть, как бьются в конвульсиях жертвы — и не важно, были ли те жертвы людораками, простыми людьми или проклятыми шанками.