Читрадрива даже не сразу сообразил, что собеседник попросту цитирует одно из Евангелий. А удовлетворённый растерянностью пленника Готлиб хмыкнул и заговорил тихо, точно опасаясь, что их подслушают (хотя кто бы рискнул!):

    -  Да, дьявол искушал Иисуса, как искушаю вас я. Однако учтите, достопочтенный Читрадрива, что в отличие от духа лукавого я не требую от вас поклонения. Разрешаю не падать передо мной ниц и не делать прочих глупостей. Видите, насколько я добр.

    Сказав это, Готлиб умолк, давая Читрадриве возможность оценить все прелести сделанного предложения и бескорыстную щедрость предлагающего. Но Читрадрива сильно сомневался в чистоте его намерений, поэтому возразил:

    -  Ну знаете, господин Готлиб, ваше предложение столь необыкновенно, что в него верится с трудом. И прежде всего я хочу понять, зачем это вам понадобилось. Сегодня вы видите меня впервые, а делаете такой подарок. А вдруг я…

    Тут Читрадрива замялся, потому что подумал про пояс, лишающий его сверхъестественной силы. Между тем Готлиб заговорил дружелюбно:

    -  Совершенно верно, достопочтенный Читрадрива. Вы и на этот раз поняли своё заблуждение. Прежде всего, я не собираюсь рисковать, освобождая вас немедленно. Наоборот, я стану ещё пристальнее изучать вас, ещё глубже проникать в ваши помыслы, и если замечу что-нибудь подозрительное, то буду иметь все возможности… скажем так, повлиять на ход событий. Вы в моих руках, милостивый государь, и вы прекрасно понимаете, что я имею в виду. И потом, почему вы решили, что я совсем не знаю вас? Мои люди следили за вами ещё до Барселоны, неужели не ясно? Они успели отлично изучить и вас, и вашего приятеля, вот так!

    -  Но Лоренцо Гаэтани…

    -  Перестаньте, при чём здесь Гаэтани! - раздражённо воскликнул Готлиб. - Вы прекрасно знаете, о ком я говорю.

    -  Как, и его?.. - слова застряли в разом пересохшем горле.

    -  Да-да, и о дружке вашем Хорсадаре я знаю достаточно, чтобы держать в руках также и его жизнь, - подтвердил Готлиб покровительственно.

    -  Даже саму жизнь?! - Читрадрива подумал, что ослышался.

    -  Ну да! - фыркнул Готлиб. - Именно жизнь. А как иначе заставишь подчиняться? Да вы себя-то возьмите. Я лишил вас колдовства, а с моими головорезами вам ни за что не справиться. Значит, ваша жизнь в моих руках. Захочу - прикажу Джулио, и вам немедленно перережут глотку. И весь разговор.

    -  Но почему я до сих пор жив? Неужели я действительно нужен вам, - растерянно пробормотал Читрадрива. Да уж, от всего услышанного даже самый хладнокровный анах способен растеряться.

    -  Представьте, нужны, - казалось, Готлиб впал в задумчивость. - Мне больше некому оставить власть.

    Читрадрива вздрогнул. Оставить власть? Первому встречному чужаку? Глупость какая-то… Или враньё. Наоборот, преемника выбирают с особой тщательностью.

    -  Вы и представить не можете, насколько это тяжело: иметь власть и постоянно мучиться от сознания, что её некому передать, - продолжал Готлиб. - И пусть вас не смущает кажущееся легкомыслие моего решения. С той властью, которой я обладаю, справится далеко не каждый. Если честно, - он выдержал многозначительную паузу, - то стать моим преемником может только так называемый колдун. А теперь судите сами. Детей у меня, к сожалению, нет, а необученные колдуны - это вы с Хорсадаром.

    Если всё дело заключается в передаче власти, то Читрадрива мог понять Готлиба. Он и сам волновался, сможет ли Шиман руководить заговором молодых анхем.