Спустившись еще ниже, я понял, что находимся мы в маленькой долине, раскинувшейся на входе в каньон.

Опять каньон…как же я их не люблю!

Еще больше мне не понравилось, что вокруг долины и дальше, вглубь каньона, тянутся высокие скалы.

Организовать здесь засаду ничего не стоит…

Однако нет — сканеры и радары засекли цели прямо по курсу. Судя по метрике — боевые роботы в количестве двадцати штук.

Странно…почему двадцать? Усиленная бригада или две бригады? Но где еще десять машин? Спрятались?

— Противник по курсу! — послышался голос лейтенанта. — Нам приказано вступить в бой. Вместе с нами идут «Грязь».

Похоже, тот, кто командовал нами, решил пустить в лоб две наших бригады, а остальные в обход.

Что ж, логично…

Я направил своего «Загонщика» в сторону приближающегося противника.

Пара минут, и бортовой компьютер смог определить типы вражеских мехов.

В целом ничего серьезного — по большей части или средние мехи, или легкие. Тяжелых было всего несколько единиц, да и те старые…

Кто-то из союзников, то ли уверовав в свою точность, то ли не выдержав, дал залп из плазменных орудий.

Его поддержали остальные: яркие вспышки озарили долину, смертоносные лучи ударили в противника, попутно поджигая деревья, оказавшиеся на пути.

Противник в долгу не остался — по нам ударило сразу несколько машин, выпустив сотни две ракет.

К моему счастью, ни одна из них не была нацелена в меня. Впрочем, союзникам хоть и попало, но по мелочи — ПЗ мехов отработали как положено — сбивали вражеские ракеты с цели, уничтожали их на подлете.

Парочка рухнула и взорвалась неподалеку от меня, но я и не думал сбавлять ход, продолжая сближаться с противником.

Моей первой целью стал «Страж» — относительно легкая и маневренная машина.

Однако пилот этого меха оказался совершенным профаном — зачем-то замер на месте и открыл огонь.

Я тут же воспользовался этой его оплошностью и разрядил все свои орудия. Попадание пришлось точно в правую руку «Стража», к черту ее оторвав.

Пилот сообразил, какую глупость он совершил, и тут же попытался увести свою поврежденную машину под укрытие, но не успел.

Прежде чем я смог выстрелить по нему еще раз, точно в его торс прилетело два плазменных выстрела.

Миг, и машина исчезла в огненной вспышке.

Я нашел себе новую цель, но прежде чем успел выстрелить, чей-то ракетный залп накрыл вражеского меха, повалив его на землю.

Я не расстроился — целей пока хватает. Зеленые, синие лучи, яркие вспышки от выстрелов то и дело мелькают вокруг, но меня пока ничего не зацепило. Видимо, противник не считает «Загонщика» серьезным или опасным противником…

Очень даже зря. Выцелив вражеского «Пса», бегущего нам наперерез, я методично всаживал залп за залпом в его левую ногу, пока, наконец, она не подломилась, и машина на всей скорости рухнула на камни.

Далее я переключился на вражеского «Диктатора» — тяжело бронированного меха, которого расстреливали сразу трое наших. «Диктатор» то и дело огрызался, и даже смог подбить одного из наших — я видел, как полыхнул мех и как из него тут же вылетело кресло с пилотом — он успел катапультироваться прежде, чем мех взорвался.

А меж тем по «Диктатору» били лазерами, в него врезались снаряды и ракеты. От меха отлетали куски брони, они же, расплавленные, стекали вниз, на землю.

Однако эта машина была способна выдержать даже такой обстрел. Пилот «Диктатора» и не думал сдаваться — продолжал огрызаться и стойко держал позиции.

Но тут ему ударили в спину — несколько мехов зашли с тыла.