Алеа кивнула:

— Я думала об этом, и мне это кажется вполне вероятным, Фейт. Но это не доказывает, что Айлин добрый человек. То, в чем я вижу вину друидов, касается меня, и эта их вина гораздо серьезнее, чем плохое отношение лично ко мне.

— У многих моих братьев-друидов доброе сердце. Многие из тех, с кем я общалась, когда обучалась искусству бардов, были честными людьми, и часто их намерения были лучше моих. Они были так же добры, как Фелим. Может быть, им не хватало его мудрости, но в их доброте я глубоко уверена.

— Хочется в это верить, — сказала Алеа.

— Пожалуй, — задумчиво произнес Мьолльн. — Очень может быть. Я помню одного вата, друга Эрвана. Мы его встречали в Сай-Мине, помнишь?

— Да, его звали Уильям. Ты прав. У него было такое же чистое сердце, как у Эрвана. Если бы только я могла с ним встретиться…

— Но он был еще ватом…

— Не важно. Думаю, его вот-вот должны были посвятить в друиды. Может быть, это уже произошло. Наверное, Эрван знает об этом. Надо поговорить с Эрваном. Может быть, он согласится устроить мне встречу со своим другом. А ты оказался прав, Мьолльн, мне нужен все-таки Эрван…

— То-то же! — усмехнулся гном.

Разговор прервался, так как хозяин принес им заказанные напитки. Сидр сначала показался Алее немного горьковатым, но, сделав несколько глотков, она привыкла к новому для нее вкусу, и он пришелся ей по душе.

Не успели они осушить стаканы, как на пороге появилась хозяйка с огромным, аппетитно пахнущим блюдом в руках.

Она приготовила нечто совершенно необыкновенное. Это оказались тонко нарезанные куски бараньего филе, нашпигованного почками и запеченного в слоеном тесте. На гарнир хозяйка подала помидоры, фаршированные пюре из кабачков и картошки.

При виде этого шедевра кулинарного искусства Мьолльн радостно хлопнул в ладоши. Польщенная хозяйка наполнила его тарелку первой, и он сразу начал есть, не дожидаясь, пока обслужат остальных.

Все трое не проронили за едой ни звука, только тихо постанывали от удовольствия.

Поев, они поблагодарили хозяйку и вышли на террасу полюбоваться закатом. И еще немного побеседовать в светлых летних сумерках, затем Мьолльн и Фейт решили, что пора спать.

— Спокойной ночи. Я немного пройдусь, — с улыбкой сказала друзьям Алеа.

Мьолльна уже давно мучил вопрос, куда она уходит каждый вечер перед сном. Сгорая от любопытства, он решил наконец выяснить, в чем тут дело, и последовал за ней. Поданное хозяйкой вино придало ему смелости…

Он шел за девушкой, сторонясь дороги и стараясь не произвести ни единого звука. И хотя Алеа знала о его присутствии с самой первой минуты, она не подала виду — имел же он право знать, что происходит…

Интуиция вела ее к югу. Отойдя подальше от харчевни, она присела в траву и стала ждать, скрестив руки и положив их на колени. В ночной тишине был слышен только звон цикад.

Долго сидела девушка, ожидая. Обычно волчица появлялась гораздо быстрее, но сейчас она, наверное, почуяла, что гном притаился где-то неподалеку.

— Мьолльн! — окликнула его Алеа.

Гном подскочил. Он и не подозревал, что девушка его заметила.

— Иди сюда, сядь рядом!

Мьолльн вздохнул и вышел из своего укрытия. Алеа даже не повернулась, она и так знала, где он находится.

— Сядь здесь и не шуми. Значит, ты за мной следил?

— Ну да. Я беспокоился за тебя, метательница камней. Я не мог понять, зачем ты уходишь каждый вечер.