-  А что про долгожилых знаешь?

    -  Мало знаю. Знаю, что вы есть и от нас прячетесь, что живете очень долго… Короче говоря, что Марфа Оковна рассказала, то и знаю. Вот про тебя - что то ли погиб ты, то ли нет…

    -  Вот оно значит как… Простому человеку доверилась. Ай, да Марфутка! - не то одобрительно, не то осуждающе, сказал Иван. - Может, ты, барин, толком расскажешь, что меж вами произошло?

    Я рассказал.

    -  Двести годов, это надо же. То-то я и гляжу, совсем ты не такой как все.

    Он, видимо, хотел объяснить какой, но только покрутил пальцами и ничего не сказал.

    -  Так что же она понимает об нас с ней?

    -  По-моему, сама толком не знает. Хочет, чтобы я с тобой пришел в наше время, а я так думаю, тебе стоит попробовать ее здесь найти.

    Что ему делать, я не очень себе представлял. Если Иван смог бы найти ее в эту эпоху, то в наше время он должен был бы быть с Марфой. Тогда зачем вся катавасия со мной?

    С другой стороны, если бы я не попал в это время, не нашел его и не указал, где искать невесту, то они бы не встретились ни в XVIII, ни в XX веке. Все это было запредельно сложно, если, конечно, не принимать возможность множественности вариантов истории.

    Иван тоже задумался. По времени уже должны были вернуться домой богомольцы, а мы застряли в самом начале поиска выхода из проблемы.

    -  Плохи наши дела, барин. Повстречайся мы с тобой хоть тремя днями раньше, можно было бы хоть сейчас к Марфе идти. А теперь, боюсь, ни у нас двоих, ни даже тебе одному пути туда не будет. Враги теперь у нас с тобой сильные, дорогу закажут и запутают.

    -  Ты про чертяк из замка говоришь?

    -  Про них, про кого ж еще.

    -  Так что же делать? - растеряно спросил я.

    Перспектива растянуть приключение на всю оставшуюся жизнь мне в эту минуту очень не понравилась.

    -  Не знаю, барин, я не ведун. Кое-что, правда, могу делать, что другим не по силам, а с нечистью не совладаю. Сам видел, как они меня едва в жертву не принесли.

    -  А где найти ведуна? Это, вообще, кто?

    -  Есть такие на белом свете. Навроде нас, долгожилых, только их совсем мало осталось. Их еще трудней, чем нас, сыскать. Всяк не из простых людей от вас, человеков, хоронится, а эти особливо. Да и что им не хорониться, коли они про все наперед знают.

    -  Ладно, - решив отложить решение вопроса до прояснения ситуации, сказал я. - Давай лучше думать, как тебя легализовать.

    -  Больно мудреные слова, барин, говоришь, так сразу мне и не понять.

    -  Нужно что-то придумать, чтобы тебя не арестовали. Давай тебя моим камердинером назовем. Справим городскую одежду, шапку, сапоги, а то босым и в отребье - ты чисто беглый каторжник.

    -  Была у меня одежа справная, так нечистые отобрали, - словно оправдываясь, сказал Иван.

    На том мы и порешили.

    Я вышел на улицу. Небо потемнело. Низкие облака неслись над землей. Где-то невдалеке раздался раскат грома. Порывистый предгрозовой ветер трепал ботву на грядках.

    Я начал беспокоиться, что Аля попадет под ливень. После недавней пневмонии это было бы совсем некстати.

    Черная туча с косыми лохмотьями дождевых струй стремительно набегала на город. Над головой у меня раскололось небо, и длинная извилистая молния, казалось, уперлась в землю.