Сможет. Вот он, ангел, идет впереди, молчит. И не нужно особо всматриваться, чтоб понять, он отдаст Маринке свою жизнь, и не часть жизни, как Зверь, а всю целиком, если понадобится.

Всю без остатка.

Любит ее. У ангелов не бывает детей, в этом смысле демонам повезло куда больше. У ангелов не бывает детей и не бывает младших сестер, так что этого ангела можно считать счастливчиком. У него есть Маринка.

Которая даже не понимает, как сильно ей повезло.

И плачет.

Ей не о чем плакать. Правда.

– Он хороший парень, да? – весело сказал Зверь. – Обменял Вселенную на девчонку. Кто ты ему? Сестра? Дочь?

– Заткнись, – прошептала Маринка.

– Дура! – Сердиться на нее он не мог, а хотелось бы сейчас. Было бы полезно. Всем троим. – Из‑за тебя жертвуют целым долбаным миром, а ты рыдаешь о детской влюбленности.

Ангел вышел в дверь первым. Следом за ним Зверь швырнул Маринку в прямоугольник яркого света. Он уже почуял биение жизни рядом.

Машина. Его путь к спасению.

Прежде чем они опомнились – все, кто был там, включая чудовищного священника, один взгляд которого наверняка испепелял демонов на месте, – Зверь метнулся в машину и стартовал.

Посмертные дары, информация, продуманные пути к отступлению – все потом.

Потом.

В идеале – уже после того, как он вернется домой.

Задерживаться в этом мире слишком опасно.

Эльрик де Фокс

Он взял и исчез. Раньше за ним такой привычки не водилось. Блудница осталась в Раубе, а Гуго знать ни о чем не знал, поэтому те, кто был заинтересован в благополучии Черного, немедленно заподозрили плохое.

А я знал о том, что он той ночью покинул Саэти, и о том, что он не вернулся, но не знал о том, что он исчез, а не выполняет какой‑то приказ Эрика. В конце концов, могут же у императора Вальденского быть интересы за пределами этого мира. Если даже их не было раньше, то они могли появиться с того момента, как Черный научился выходить на Дорогу.

У меня бы точно появились. Зеш! Если б не появились, хрен бы я тут оказался.

Ладно. Неважно.

Когда мне доложили о том, что Черного ищут и не могут найти, прошло несколько часов. В том, что Черного нет в Саэти, успели убедиться. Искали на Дороге – безрезультатно. Но если его нет в Саэти, и если Эрик запретил ему покидать пределы мира, то парень мог быть уведен отсюда только насильно, а в этом случае он мог оказаться в двух местах: либо в Инферно, либо на Земле. Спросите меня, я скажу, что не вижу большой разницы, хотя это будет и не очень справедливо.

В Инферно мне было кому задать вопросы. Там живет Артур, он не сторонник возвращения Черного на Землю, поэтому охотно помог бы мне отыскать его и вернуть в Саэти. У Артура свой интерес, ему Конец Света нужен, а Черный, возвращенный на Землю, Концу Света воспрепятствует.

На Земле я тоже мог задать вопросы. На Земле тоже жил Артур, тот самый Артур, только несколькими годами младше. Но тот Артур еще не был со мной знаком, а на Землю мне проще было с Дороги глянуть и выяснить, там Черный или нет. Я и глянул. Понял, что Черный там. Пора бы уже, кстати, и по имени его называть. Сколько же можно – по одной только видовой принадлежности? Имя Черного – Волк. Приемные родители назвали его Хельгом… э‑э… Олегом, да, но его настоящее имя, данное отцом, – Волк. Это у них тоже семейное. Одно имя дает отец, другое – люди. С Гуго так же получилось.

В общем, Волк был на Земле, и мне оставалось только отвернуться и уйти. Спасать парня все равно было поздно. Да и потом, что значит «спасать»? Это он должен спасать – спасать свой мир, отдавать душу и восходить на крест.