– Не спеши, сперва оденусь. Все ж не в баню иду.

– Побыстрее, прошу, поторопись.

Наспех собравшись и сетуя на то, что нет времени побриться, я вышел во двор вслед за царским посыльным.

Ярыжка утер лоб и рванул ко дворцу, да так, что только пыль над дорогой поднялась, словно из‑под копыт рысака.

Я тяжело вздохнул и пообещал себе купить коня помоложе моего Борьки, чтобы на нем скакать можно было.

Бег никогда не был моей сильной стороной. А до дворца, как ни крути, километров шесть, не меньше.

Сперва левой, затем правой. Снова левой. Правой... Жарко, однако... Левой, правой...

Раз такой срочный вызов, могли бы и карету прислать...

Глава 6

ЧУДО‑ЮДО ШЕСТИГЛАВОЕ

Раззудись плечо, размахнись рука...

Из курса подготовки

молодого драконоборца

– Проходи, любимец богов, присаживайся. – Царь Далдон подхватил меня под локоть и проводил до скамьи, где сел сам и велел сесть мне.

Что ж, цари, поди, тоже люди, из той же грязи вылеплены – как нужда придавит, так тотчас становятся запанибрата.

– Чем могу служить? – поинтересовался я.

– Да так, дельце у меня к тебе есть. Сослужи‑ка ты мне службу малую, даже не службу – службишку... а я награжу по‑царски. Не обижу.

– Не ради корысти личной, а ради отечества родимого готов любой волхв голову сложить, – с жаром произнес я, пытаясь угадать, что же все‑таки царю от меня надо.

– Похвально рвение твое, волхв. Весьма похвально. – Далдон похлопал меня по плечу. – Слушай просьбу царскую. Я повелеваю тебе убедить царевну Алену выйти из своих покоев и как подобает встретить сватов и приветить жениха высокородного. А то уже не девичья робость получается, а форменный акт неповиновения власти верховной – то есть мне – выходит.

– А кто жених? – спросил я, прикинувшись валенком.

– Царь тридесятого царства Кощей Бессмертный.

– А Але... о‑а‑о... легко ли отказать таким сватам?

– В том‑то и беда, волхв, в том‑то и беда...

– Царевна против этого брака, а вы, царь‑батюшка?

– Да что ж, сердце у меня каменное?! Но больно вражина настойчив: войной грозит.

– Не нам, русичам, бояться угроз.

– Ну, не все так плохо... Жених знатен, богат... Все будет у Аленки. Поплачет, да и смирится.

– А любовь?

– Какая любовь? – отмахнулся царь. – Не царское это дело. Пускай вон селяне любовию маются по полянам да прогалинам... Ну ступай, ступай ужо... Коли чего для дел колдовских потребно, зелье приворотное добавить – только кликни кого, мигом найдут и доставят.

Я послушно поднялся и направился за невесть откуда появившейся сенной девкой.

Она зашлепала босыми ногами, лихо выписывая восьмерки литыми бедрами и размахивая тугой косой.

Сенная девка проводила меня до дверей в покои Аленушки и указала на них пальцем. Старательно потупив взор, тяжело дыша, отчего туго набитый лиф затрещал по швам, и залившись краской, она замерла, ожидая моих распоряжений.

Я осторожно постучал о резной косяк костяшками пальцев.

В ответ тишина.

Я повторил стук и окликнул хозяйку этих покоев:

– Царевна Алена, отворите, будьте любезны.

– Кто меня беспокоит? – раздался самый милый для моих ушей голос.

– Волхв Аркадий.

– Один?

– Да, – ответил я, решив, что присутствие сенной девки не считается.

Прошелестели шаги, и дверь немного приоткрылась. Я проскользнул внутрь.

Аленушка закрыла дверь на засов и лишь после этого повисла у меня на шее.