Крюков положил трубку на аппарат и устало вздохнул. Он только что выслушал представителя компании мобильной связи, которая хотела поставить первую в городе сотовую вышку, а потом ещё Фрол позвонил со своими проблемами.

— Короче, Николаич, — он посмотрел на Душмана, который сидел за столом и разгадывал кроссворд. — Этот Волков, деятель, который вчера здесь выступал про новые времена… кинуть он нас хотел, разберись с ним. И Фролу позвони, узнай детали, а мне некогда.

— Понял, Иваныч, — Душман поднялся. — Мы быстренько, парней только возьму.

— Бери кого хочешь.

Крюков подошёл к вешалке взять серый пиджак. Дел сегодня ещё полно, хоть и пятница. Надо будет поужинать с мэром и советником губернатора, который сегодня приехал с проверкой социальной программы, а на деле будет бухать все выходные в сауне. А хотел же обсудить с ними новый спортзал и как его подать избирателям. Ну, а теперь-то какой смысл?

Он вышел из кабинета и посмотрел на секретаршу, потирающую уставшие от монитора глаза.

— Позвони моим, Катя — сказал Крюков. — Верке и Машке, я заеду за ними сейчас. Пусть сразу красятся, чтобы я не ждал. И домой можешь идти на выходные.

— Вера Павловна только что звонила, — секретарша глянула в свои записи. — Спросила, не у нас ли Маша. Вы просто не велели вас беспокоить…

— А где она? — он почесал затылок и заглянул в свой кабинет, но Душман уже ушёл. — Была здесь?

— Я её сегодня не видела.

— Катается, наверное, по городу, она это любит. Ну пусть потом не жалуется, что я её не взял в ресторан с собой. Я поехал.

* * *

Маша Крюкова уселась на водительское сидение красного Опеля Вектра, который ей подарил брат на день рождения.

— Да я сама доеду, Лёша, — сказала она, пристёгивая ремень. — А ты иди, чего мучаешься?

У её водителя и телохранителя Алексея сегодня с утра болел зуб. Лысый амбал в красном пиджаке мучительно дышал и терпел, но к вечеру ему стало совсем невмоготу.

— Мне Игорь Иваныч голову оторвёт, — прогудел он, прижимая руки к лицу. — Если я вас оставлю, точно оторвёт.

— Ничего не будет, — Маша улыбнулась. — Вот, пока они работают. А то будешь до понедельника терпеть.

— А вдруг что случится?

— Ну сам подумай, кто в этом городе даже подумать посмеет, чтобы тронуть сестру Игоря Крюкова? Не смеши меня, Лёша.

Они стояли у входа в частную стоматологическую клинику на севере города. Те, кто побогаче, предпочитали делать зубы в других местах, но если было срочно, ехали сюда.

Здоровяк Лёша шумно выдохнул, стоматологов он боялся больше, чем Крюкова, но боль уже невозможно было терпеть. Он медленно пошёл туда, держась за щёку.

Маша усмехнулась и включила магнитолу.

— Помоги, помоги, я солдат своей любви, — раздавался старый хит группы А’Студио.

Маша поехала домой, чтобы успеть переодеться к сегодняшнему ужину, и тихо подпевала. При охраннике это делать она стеснялась. Но на трассе вокруг города, у самого железнодорожного переезда, машина вдруг начала странно скрипеть и стучать. Маша свернула к покрытой песком обочине.

— Ну чего тебе надо? — она вылезла наружу и открыла капот. — Нормально же всё было.

Маша внимательно смотрела во внутренности машины, потирая подбородок. Чего тут не хватает? Новая же тачка. Через несколько минут рядом с ней остановилась тёмно-зелёная ауди.