Она кивнула и отползла дальше от прохода, он ушёл. Лучше не кричать, но кричать ей хотелось, от боли, страха и отчаяния. После того как он забросил её вниз, нога опухала и пульсировала, как заболевший зуб, на неё нельзя было встать. Затекли руки, связанные за спиной, а в подполье очень сильно воняло.

Какие-то тряпки лежали в углу у каменной стены, в которые были вмурованы крюки. И чем больше глаза привыкали к темноте, тем меньше туда хотелось смотреть. Вонь дикая, а силуэт — будто человеческий.

Кричать хотелось ещё громче. Сверху раздавался странный скрежет. Она знала, что это. Звук лезвия, которое точат об камень. Вскоре сверху послышались тяжёлые шаги.

— Вот и приехали, — сказал он, собираясь спуститься.

Но не успел, снаружи раздался звук двигателя, потом в дверь начали стучать ногами. Похититель выругался.

— Ну кого это принесло? Только попробуй заорать, поняла? Сварю живьём.

Он захлопнул крышку подполья. Маша так испугалась, что не кричала, даже когда сверху послышалась потасовка.

* * *

— Чего тебе? — спросил Муратов у какого-то парня в кожанке, что стоял на пороге дачи. — Частная территория, вали отсюда.

— Ого, ты борзый, — протянул он гнусавым голоском.

— Нах… вали отсюда! Знаешь, кто я? Я племянник мэра Муратова! Если не уйдёшь…

Он взвизгнул, получив в нос, отошёл и споткнулся, падая на деревянный пол. Гнусавый пнул ещё пару раз, а следом вошли другие, кто ждал в тени.

— Ищите её, — приказал он. — А то Иваныч с нас головы поснимает. Муха, ты в подполье, Баир, на чердак! Ржавый, ты в сарай!

— Нашёл её, — Муха открыл люк подполья.

* * *

Крюков поднял сегодня всех. Заспанные бухгалтер и юрист изучали бумаги Родионова, сидя прямо у него в кабинете. Но когда они дошли до интересного, то сон с них спал. Начали бросаться всякими терминами, причём так нудно, что Женя начал зевать.

Все настолько были сбиты с толку всем произошедшим, когда сначала охота шла на нас, а потом на Муратова, что даже не сразу забрали у Жени автомат, а только когда он прошёл с ним в административное здание. Но обещали потом вернуть.

Самого Крюкова здесь не было. Судя по словам юриста, Родионов сам мутил схему, а вот Фрол хитрее, его подписей мало. Но его тоже наверняка ничего хорошего не ждало. Да и он точно в курсе махинаций этого дельца.

В косяк открытой двери постучал браток.

— Ты Волков? — спросил он. — Игорь Иваныч тебя зовёт. Нашли, говорит, падлу эту.

Мы с Женей вышли в ночь. Пришлось проехать на девятке на другую сторону завода, в самые первые цеха, построенные ещё при Союзе. Там производства уже не было, но именно туда подъехал БМВ Крюкова.

Под заброшенным цехом оказался достаточно большой подвал с земляным полом, где нас и ждали Крюков с Душманом. Крюков опирался рукой на грязную бетонную стену, а Душман стоял с лопатой, тихо напевая какую-то мелодию.

Между ними стояла ржавая ванна, вокруг неё несколько братков. Душман посмотрел на меня и кивнул на того, кто в этой ванне лежал.

— Он это? Его ты тогда искал?

В этот раз Муратов отхватил сильнее. Глаз заплыл, весь покрыт кровью, руки и ноги туго стянуты проволокой. Рот открыт, виден сломанный зуб. Маньяк бился, как выброшенная на берег рыба, но через бортик ванны перелезть не мог.

— Помоги, — прошептал он. — Они меня убить хотят. Дяде передай, лавэ получишь! Десять кусков зелени…

— Что с Машей? — спросил я, игнорируя мольбы маньяка.

— Жива, — Крюков закурил мальборо.