– Вероятно, не знаю, – согласился Аркадий, хотя на комплимент это было совсем не похоже.

– Ожогин действительно летит сюда?

– По-моему, да.

Яков кивнул. Чудесно, подумал Аркадий, параноики согласны.

– И еще одно, Ренко, – произнес Бобби. – Скажите мне: «Я остаюсь, потому что знаю, кто убил Пашу». Скажите, что дело закрыто.

«Осталось совсем чуть-чуть», – показал Хоффману на пальцах Аркадий и захлопнул дверцу машины. Он солгал.

– Где вы? – нервно спросил Зурин. – Я рассчитывал увидеть вас в своем кабинете уже час назад.

– Прошу прощения. Я не смог улететь тем рейсом, – сказал Аркадий.

– Где вы сейчас? Я слышу крики.

– В самолете. – Аркадий находился в общежитии, в комнате Кэмпбелла. Сам профессор свернулся калачиком в душе, а на телеэкране шла видеозапись футбольного матча между командами «Ливерпуль» и завода «Арсенал».

– Какой номер рейса? – спросил прокурор. – Когда вы приземляетесь в Москве?

– Полковник Ожогин может меня встретить?

– Нет.

– Откуда вы знаете? Вы его не спрашивали.

– Я уверен, что он занят. Когда вы приземляетесь?

– Нам предлагают выключить мобильные телефоны.

– Как вы могли…

Аркадий отключился. Морока с длинным поводком, подумал он. Никогда не знаешь, есть ли собака на его конце.

Аркадий надеялся, что совершил хоть один правильный поступок – благополучно эвакуировал Бобби и Якова из Чернобыля. Это, конечно, не спасение детей из огня, но Аркадия радовала эта маленькая удача. На лице Якова при расставании даже проскользнула тень улыбки.

Аркадий расчистил место на столе Кэмпбелла и принялся составлять перечень того, что знал о Тимофееве. Отношения с Пашей Ивановым, можно сказать, рука об руку по карьерной лестнице, одинаково плохое состояние здоровья и отравление, письмо, о котором Тимофеев упомянул на Пашином благотворительном вечере, обнаружение трупа Тимофеева в зоне неким милиционером Карелом Катамаем, который сообщил, что нашел тело местного самосела. Все аналогично Иванову, кроме смерти – она была иной. Единственным человеком, таким же больным, как они, и заболевшим столь же необычно, являлся Карел Катамай. Он был последней ниточкой к раскрытию тайны смерти Тимофеева и лесным призраком. Или скрывался в Припяти поблизости от театра, по крайней мере днем, пока братья Воропаи находились на дежурстве.

Задача Аркадия состояла в том, чтобы избежать встречи с Ожогиным. Через него полковник легко мог выйти на Бобби, и сейчас, наверное, Ожогин в предвкушении, как это будет. Аркадий принял меры предосторожности, спрятав мотоцикл за поленницей позади общежития. Конечно, приезд Ожогина мог быть лишь фантазией Аркадия, а настойчивость в приказаниях Зурина просто обнаруживала раздражение прокурора упрямством Аркадия.

Аркадий плеснул на плохо соображающего Кэмпбелла стаканом воды, а потом окатил его теплым душем – любой приличный гость сделал бы то же самое.

Позвонил Виктор.

– Ты был прав относительно агентства путешествий. Антон с Галиной взяли билеты в Марокко.

– И когда? – Аркадий почувствовал себя виноватым: про Антона забыл напрочь. Перешагивая через пустые бутылки, он ходил по комнате. По телевизору «Ливерпуль» все еще играл с «Арсеналом».

– Через два дня. Я поймал внизу служащую агентства и угостил ее кофе.

– Да ты что? – Одетый с иголочки Виктор, наверное, уже не столь робок, как раньше, подумал Аркадий.