|
Ответа не последовало, как и всегда. – Я встретил Бабу Ягу. Сейчас я возле ее избушки. Не могу сказать, сделан ли у нее забор из костей, но зубы точно железные. – Аркадию показалось, что на том конце его слушают. – Я еще не видал ни собаки, ни кота, но у нее есть невидимая корова, которая прячется от волков. Может быть, волки забрели из другой сказки, но они здесь. И морская змея тоже. В пруду у Бабы Яги есть морская змея, огромная, как кит, с длинными усами. Я видел, как она проглотила человека. – Теперь Аркадий уже точно услышал в трубке шорох. Он попытался вспомнить еще какие-нибудь подробности из сказки. – Избушка очень странная. Она на курьих ножках. Прямо сейчас дом медленно поворачивается. Буду говорить тише, чтобы избушка меня не услышала. Я еще не видел волшебного гребня, который бросишь, и вырастет лес. Зато передо мной сад с ядовитыми яблоками. Все дома вокруг черные, и в них полно привидений. Я обязательно позвоню дня через два. Очень важно, чтобы ты оставался в приюте и учился, а может быть, и подружился с кем-нибудь, вдруг нам потребуется помощь. А теперь мне надо идти, пока не увидели, что я исчез. Дай мне на пару слов директора.
Ольге Андреевна явно просияла. – Что вы ему такое сказали? У него заметно улучшилось настроение. – Я сказал ему, что он гражданин гордой новой России и должен вести себя соответственно. – Хочется верить. Ладно, что бы вы ни сказали, это подействовало. А теперь вы едете в Москву? Ваша работа там, наверное, закончена. – Еще не совсем. Я позвоню через два дня. – Украина сосет из нас соки. – Спокойной ночи, Ольга Андреевна. Как только Аркадий отключил мобильник, из-за яблони вышла Ева и тихо поаплодировала. – Ваш сын? – Нет. – Племянник? – Нет, просто мальчик. Ева повела плечами, как кошка, которая устраивается поудобнее. – Баба Яга! Сказка что надо. И все-таки в вас что-то есть. – Я думал, что вы уехали. – Как видите, нет. Так, значит, у вас сейчас никого нет? Нет женщины? – Нет. А вы? Вы женаты с Алексом, живете врозь или разведены? – Разведены. И это заметно? – По-моему, да. – Следы старого бедствия, воронка от бомбы – вот что заметно. – Слабый свет из окна падал на Еву, и глаза ее в темноте казались еще темнее. – Я все еще люблю его. Но не так, как вы любили свою жену. Знаете, вы испытали большую и верную любовь. У нас такого не было. Мы оказались более… ранимы, что ли… Задело обоих. Нельзя побывать в зоне и остаться без царапины. Сколько еще вы рассчитываете здесь пробыть? – Понятия не имею. Думаю, прокурор хотел бы оставить меня здесь навсегда. – Пока вы не сделаете что-нибудь с собой? – Думаю, до этого не дойдет. Именно это и тревожило в Еве Казке – сочетание стервозности, злости и, как она сказала, ранимости. Неужели она была и в Чернобыле, и в Чечне? Может быть, зона бедствия – ее среда обитания. Улыбка Евы означала, что женщина дает Аркадию еще одну попытку сказать что-то интересное и глубокое, но у Аркадия не было ни одной мысли. Все свое воображение он потратил на Бабу Ягу. Открылась дверь. Алекс высунулся и сказал: – Моя очередь.
– Наш новый друг Аркадий, возможно, не знает всех фактов. Факты вещь важная. Их нельзя не принимать во внимание. – Ты пьян, – отмахнулась Ева. – Не о том речь. Аркадий, вам нравится комедия? – Если она смешная. – Даю гарантию. Это русская черная комедия, – сказал Алекс. |
