Роза танцевала вокруг разъяренного Виквара, стараясь достать его своими парными клинками. К ней присоединились Слеш и пара разбойников посмелее — правда, один, не такой ловкий, как наемница, уже успел поплатиться за пропущенный удар вмятиной в груди и упасть.

Волк был хорош. Несмотря на яростный стиль боя, он не забывал о защите, принимая удары клинков на укрепленную рукоять или навершие молота. Запредельная сила позволяла ему с пугающей скоростью наносить удары даже таким тяжелым оружием, но трансформировавшаяся лисица оказалась еще быстрее. Ее клинки окрасились алым, наградив предателя глубокими кровавыми порезами. Виквар, должно быть, знал, что рано или поздно упадет от слабости, и эта мысль подогревала его ярость. Он сражался с утроенной силой, вращая свое страшное оружие как пушинку.

Личная стража Милтейна внезапно прекратила стрельбу. Арбалетчики вернули оружие за спины и присоединились к товарищам с щитами.

Устало опустив руки, Грей развеял заклинание, и поднявшийся ветер тут же стих. Достаточно понаблюдав за беснующимся Викваром, за это время успевшим прикончить еще одного разбойника, и подгадав нужный момент, маг резко сжал кулаки и ударил пустоту перед собой. В грудь не ожидавшего атаки с этой стороны предателя врезался мощный воздушный молот, способный переломать кости обычному человеку. Предатель словно врезался в стену, потеряв несколько драгоценных секунд. Их как раз хватило лисице, чтобы заключить шею противника в импровизированное ярмо и резко дернуть клинки на себя. Два пульсирующих фонтанчика крови мощно выстрелили в воздух, заливая пространство вокруг. Виквар неверяще уставился на держащуюся поодаль лисицу (мало ли, дернется перед смертью) и рухнул на колени.

— Т-ты… Ты…

— Так уж и быть. — Роза презрительно сплюнула на землю перед поверженным Викваром. — Яйца оставлю при тебе.

— Тварь! — просипел волк, умирая. На мостовую он свалился уже человеком.

Бой вокруг постепенно затихал. Большинство воинов Милтейна лежали на земле, раненые или убитые. Остался лишь десяток личной стражи, построившийся перед лестницей. Их стена щитов казалась гораздо надежнее, чем у остатков банды Кота. Дрожащий от страха казначей все так же стоял на верхней ступеньке. В его толстых пальцах дрожал свиток с алой сургучной печатью.

«Гребаные огневики, продолжают пакостить даже после смерти!»

— Не подходите! — истерично взвизгнул Милтейн. — Деланей, давай поговорим!

«Так вот как его зовут на самом деле», — устало подумал Грей. Короткий бой неожиданно сильно вымотал его, но сражение еще не кончилось. Он сделал знак лучнику на крыше. Тот, на удивление, кивнул и отступил в тень. Сам Грей расположился у левого края лестницы.

— После такого — никаких разговоров! — Полосатый Кот обвел рукой площадь. Хоть большинство погибших и выступало за Милтейна, он сам потерял многих.

— У меня в руках свиток заклинания огненного кольца! Твой воздушник тебя не спасет! Умрут все!

— Пора! — Вайлер шумно выдохнул, применяя сильнейшее заклинание из своего арсенала.

Вокруг ошарашенного Милтейна вспыхнула огненная защита. Она была готова поглотить любой враждебный снаряд, испепелить неосторожного врага и даже отразить удар меча. Однако, несмотря на питавший заклинание рубин, огню для существования всегда требовался воздух. Поддерживать магическое пламя в пустоте могли сильные маги, но никак не обычные артефакты.