Харви отрицательно покачал головой и мрачно посмотрел на жену.

— Ты ведь хочешь поиграть в притворство? Давай притворимся, что прошлая ночь всего лишь дурной сон. И тогда все могло бы остаться так, как было.

— Но наши проблемы… — напомнила Оливия. — Тогда ведь останутся и они.

— Я смогу жить с ними и дальше.

— Ты считаешь, что можно жить, подавляя свои желания и потребности?

— Это не твоя забота, Оливия, — уклончиво ответил он, избегая ее взгляда. — И никогда ею не станет, я позабочусь об этом.

Внезапно Оливию охватило дурное предчувствие. Что-то подсказывало ей: Харви так и поступит, будет жить, как жил раньше, а ее поместит в заплечный мешок с надписью «Мать моих детей». Нет, она должна окончательно прояснить ситуацию!

Оливия глубоко вздохнула и, не желая больше скрывать своих подозрений, задала мучивший ее вопрос:

— Может, ты собираешься найти какую-то иную возможность для удовлетворения своих желаний и страстей?

— Не придирайся к моим словам, — оборвал он Оливию, явно раздосадованный вопросом. — Не беспокойся об этом. В твоей жизни ничего не изменится.

Бог ты мой! Так он на самом деле подумывал о других возможностях! Оливию передернуло при одной лишь мысли о том, что ее мужу придется искать какую-то женщину для удовлетворения своих сексуальных потребностей. Неужели он всерьез считает, что это никак не затрагивает ее?

Оливия кипела от негодования. И как он только посмел думать об этом! Да что он обо мне знает? Ему, видите ли, лучше известно, что мне надо, а чего не надо!

Однако, несмотря на гнев, Оливия постаралась взять себя в руки. В данный момент от ее собранности и решительности зависела их дальнейшая жизнь. Необходимо стереть — нет, вытравить — бредовую идею из головы мужа, пока она еще не захватила полностью его ум и воображение.

— Харви, а почему ты думаешь, что я довольна своей жизнью, что меня устраивает та роль, которую ты отводишь мне?

Он нахмурился, не вполне понимая, куда клонит Оливия. А она решила продолжать наступление, не давая ему передышки, тем более что у нее наконец-то наладилось дыхание.

— Почему ты считаешь, что я была счастлива до прошлой ночи? — повторила она, несколько видоизменив свой вопрос.

Харви осуждающе покачал головой, будто Оливия сказала большую глупость.

Глаза Оливии гневно сверкнули. Она решила бросить открытый вызов этому всезнайке.

— Может, ты очень постараешься и припомнишь, что я умоляла тебя остановиться? Давай, попробуй!

— Нет, — тихо ответил он, опустив глаза и явно стыдясь воспоминаний. — Думаю, ты просто хотела испытать себя на выносливость.

— Нет, дорогой, вспомни закон перехода количества в качество. Это, пожалуй, ближе к истине! — горячо возразила Оливия. — До прошлой ночи я не имела понятия о том, что может происходить между мужчиной и женщиной. Теперь я это знаю. Время нельзя повернуть назад, Харви. И более того — я совсем этого не хочу!

Вот оно! — обрадовалась Оливия. Нужные слова нашлись сами собой. Именно это я и пыталась втолковать Харви. В этом и заключалась правда, и я не намерена позволить своему мужу игнорировать эту правду. Впрочем, судя по выражению его лица, он уже начал кое в чем сомневаться, а это как раз то, что мне нужно. Я помогу ему избавиться от глупых ошибочных убеждений. И тогда он быстро поймет, что никакой другой женщины ему не надо. Ни за что на свете.

В дверь коротко постучали, и, прежде Чем кто-либо из них успел раскрыть рот, в кабинет просунулась голова Аделайн Бидс. Весь вид образцовой помощницы говорил о том, что ей крайне неудобно беспокоить босса и его жену, но приходится.