– Ровным счетом ничего… – дрожащим голосом произнесла Митци. – Это все наши пудинги… Держись теперь, Тарния Снеппс!

Глава восьмая

ПУДИНГ, ПОЗВОЛЯЮЩИЙ УБЕЖДАТЬ

[рецепт из кулинарной книги]

Чашка непросеянной муки

Полдюжины крупных яиц

Кусок отличного масла

Нарезанные лепестки гвоздики

Пригоршня черного дерева

Щепотка сушеной горечавки

Добрая пригоршня тертого имбирного корня

Очищенный и нарезанный ломтиками черный виноград

Щедрая мера коричневого сахара

Три больших ложки черной патоки

Взбить яйца, муку и масло в большой миске до однородной массы. Добавить гвоздику, черное дерево, горечавку и имбирь. Снова перемешать. Добавить сахар и патоку и взбить. Положить виноград.

Разлить смесь в маленькие формочки для пирожных. Выпекать в горячей печи до тех пор, пока хорошенько не поднимется; пудинг должен быть темно‑коричневым; от него должен идти пар. Выложить все пудинги на лоток и охладить.

Примечание: Для того чтобы сила убеждения оказала требуемое действие, приготовивший пудинги (и никто иной) должен пожелать про себя, чтобы вкушающий исполнил его волю. Поскольку здесь задействована магическая сила трав, применять данное средство следует только с наилучшими намерениями.

Кругом был просто сумасшедший дом. Казалось, что одновременно говорят все сразу. Митци стояла на сцене за массивным деревянным столом, на котором, помимо прочего, было вырезано признание некоего Дейва, который обещал вечно любить Кирсти, а рядом можно было прочесть кое‑что ужасно непристойное о викарии; взгляд ее был устремлен в зал ратуши Хейзи Хассокса, и чувствовала она себя все менее уверенно.

Не только оттого, что в помещении было темно, как ночью, поскольку небо затянуло тяжелыми облаками, и на улице выл ветер, а внутри светили только пять‑шесть сорокаваттных лампочек; зал был наполнен до отказа. Правда, вполне возможно, что половину присутствующих составляли жители Хейзи Хассокса, которые просто заскочили немного погреться и выпить чашечку чая, но это все равно впечатляло.

За стулом Митци стояли несколько коробочек, набитых убеждающими пудингами. Она не вполне была уверена, что им стоит доверять. Всем «исполнившимся желаниям» можно легко подыскать разумные объяснения – только как же понимать чудесным образом изменившиеся чувства Фло по отношению к Лансу? Можно ли тут найти хоть какое‑то разумное толкование? Митци вздохнула. Когда она уходила на собрание, эти двое стояли нос к носу и хихикали, как малыши.

Возможно, сочетания трав из кулинарной книги бабушки Вестворд обладают намного большей силой, чем казалось. Может, ей стоит убрать кулинарную книгу подальше, обратно на чердак. Наверное, так и надо будет сделать – но думать об этом она будет потом. А сейчас у нее есть дела поважнее.

– Простите! – Митци нервно откашлялась. – Можно попросить минутку тишины?!

Никто не обратил на нее ни малейшего внимания. Перед ней простиралось море голов, и все они были обращены друг к другу, и каждый оживленно болтал с соседями. Из‑за слабого освещения в зале Митци не могла различить лиц тех, кто сидел дальше четвертого ряда, но увидела, что в ближних рядах присутствуют все ее знакомые из библиотеки: Фетровая Шляпа сидел в первом ряду, рядом с Салли, Джун, Миком и остальными, надвинув шляпу по самые брови, а на коленях у него лежал наводящий на Митци страх планшет с зажимом. Митци надеялась, что он не будет задавать неприятных вопросов.

Многие из присутствующих были ей не знакомы; наверное, предположила она, это те, кто позвонил ей, откликнувшись на объявление о клубе беби‑бумеров. Она гадала, кто же из них Кристофер (пиротехника и хэви‑метал)? А кто – Дороти (бильярд)? Но вот этот человек, так похожий на Лили Сэвидж,[15] наверняка Ронни (экзотические танцы)?

И что совсем лишало ее самообладания, так это присутствие в первом ряду сестер Бендинг.