Она закашлялась, морщась от боли. Слёзы потекли по её лицу. Она со злостью смахнула их.

Берэнин остановилась, уставившись на девушку:

— Что? — спросила она, сбитая с толку. — Фин… Финлак… сейчас в танцевальном зале.

Её мозг стремительно заработал, как всегда случалось во время кризиса. Так её учили.

— Что случилось с твоим голосом?

— Такое бывает, когда кричишь, — холодно сказал Браяр. — Могу я сходить в мои покои, чтобы взять ей что-нибудь от горла?

— Кэн, пожалуйста, позаботься об этом, — приказала Берэнин.

Когда Кэнайл подошёл к Сэндри, та попятилась. Браяр подошёл, встав рядом с ним:

— Будь очень осторожен с тем, что делаешь, — тихо сказал Браяр. — Наше терпение на исходе.

— Понял, — ответил Кэн. — Это просто лёгкое лечебное заклинания, Клэйхэйм.

Он наклонился вперёд, положив широкую ладонь на грязную шею Сэндри. Она дёрнулась, затем закрыла глаза. Несколько мгновений спустя, Кэн отошёл от неё.

«То есть, Финлак проделал это в моём собственном дворце?» — гадала Берэнин, и её сердце сковывал лёд. «Не один, конечно же. И как он думал отсюда сбежать?»

Она выбрала кресло, вместо трона, и уселась.

— Я думаю, я пойму лучше, если ты объяснишь, Сэндрилин, — холодно сказала она. — Все садитесь, пожалуйста. Если у вас есть жалоба, то я уверена, что её можно разрешить.

— Я тоже уверена, — ответила Сэндри, садясь в кресло.

Её голос звучал грубо, но отчётливо.

— Трис, пожалуйста, садись, а то упадёшь.

— Я не какой-нибудь изящный цветок, которого может истощить собственная магия, — парировала Трис. — Я сейчас могу снова опустить нас к основанию скалы, если хочешь. Кстати говоря, насчёт скал…

Она села в кресло, и вытащила из сетки длинную косичку.

Берэнин увидела, что Ишабал сосредоточила всё своё внимание на рыжей. Она сняла с пояса шёлковый шнур, на котором висели разнообразные могущественные талисманы, каждый из которых был ключом к разным защитным заклинаниям. Её пальцы обвили один из талисманов, который, как знала императрица, создал бы вокруг Трис магическую клетку.

«Хорошо», — подумала Берэнин. «Кому-то надо следить за Вимэйси Чэндлер».

— Почему бы тебе не присесть, Винэйн Мосс? — с улыбкой спросила Берэнин.

Выражение его лица осталось прежним.

— Я постою, спасибо, Ваше Имперское Величество, — вежливо ответил он.

Браяр остался стоять на месте, твёрдо расставив ноги, сжав руки перед собой, и глядя угрюмо. На миг Берэнин испугалась, что потеряла расположение этого молодого человека, или даже хуже — его дружбу. Она отмахнулась от этой мысли. Гораздо важнее было узнать, кому хватило нахальства попробовать выкрасть её родственницу в её дворце.

— Финлак фэр Хьюрик пришёл отвести меня на бал, — сказала Сэндри троим наморнцам холодным и ровным голосом. — Вместо этого он повёл меня по дальнему коридору, утверждая, что я должна встать рядом с Вашим Имперским Величеством, когда вы войдёте в зал с дальней стороны.

— Кто-то видел тебя с Фином? — спросил Кэнайл.

Берэнин зыркнула на него за то, что он перебил Сэндри, но та лишь покачала головой:

— Нет, после того, как мы свернули из основных коридоров. Я никого больше не видела. Когда мы свернули за угол, кто-то накрыл моё лицо тряпкой. Она была пропита зельем, которое ввело меня в бессознательное состояние. Я очнулась в ящике.

Её голос слегка задрожал.