Они сбежали вниз по лестнице. Обслуга постоялого двора спала в отдельной комнате. Похоже было, что они сказали себе, будто вздремнут на минутку, а потом уснули за одним столом. Четверо других гостей не вернулись с конной ярмарки.

«Готов поспорить, Жэгорз был прав. Возможно, они и были солдатами, но теперь им платит тот имперский фаворит, который обхитрил нас на этот раз», — подумал Браяр. «Возможно, у них были амулеты, чтобы отводить сонные чары, но старик Жэгорз спугнул их в леса, где они ждали, пока мы не захрапим, вместо того, чтобы удобно устроиться здесь». Браяр с отвращением сплюнул на плиты пола. «Трис была права, отправив его, а я был бараном».

Даджа вышла наружу, и быстро вернулась:

— Спят, абсолютно все.

— Вход в конюшни — через кухню, — сказал Браяр, указывая. — Им нужны были лошади, чтобы увезти Сэндри.

Даджа сурово кивнула. Они вместе прошли через дверь в кухню, и вошли в силу, ощущавшуюся как твёрдое желе. Она мгновенно обхватила их, затем разъединила, оставив между ними пространство в один ярд.

Один человек не спал. Кэн развалился за большим кухонным столом, вертя в руках куски нарезанной репы и моркови, явно предназначавшиеся завтра для супа.

— Готов поспорить, вы никогда не влипали ни во что подобное, так ведь? — спросил он небрежно, победно сверкая карими глазами. — Не беспокойтесь, вы можете дышать. Вообще, внутри этого творения вы можете оставаться живыми в течение недель. Я опробовал его на преступнике, которого должны были казнить. После трёх месяцев Её Имперское Величество потеряла терпение, и его всё равно казнили.

Он зевнул.

— Я не могу оставить этот постоялый двор и продолжать удерживать вас так, но я бывал и в ситуациях похуже. Хотел бы я, чтобы вы мне сказали, как разбили моё сонное заклятье. Никто не должен был просыпаться в течение трёх дней. И я оформил его так, чтобы его нельзя было сломать, как только человек засыпает.

Он почесал щёку.

— Вы расскажете мне, когда я вас освобожу, возможно. Или я могу ослабить воздушную перчатку достаточно, чтобы освободить вам рты, если вы поклянётесь вести себя прилично. Или нет. Полагаю, вы немного сильнее, чем я ожидал.

Он ухмыльнулся.

— Ну так что, о чём мне поговорить?

Даджа и Браяр протянулись по своей магической связи одновременно, хоть та и была увядшей. Узы воспрянули к жизни, когда Даджа сказала:

— «Мы умрём от скуки, если он продолжит говорить».

— «Похоже на то», — ответил Браяр. — «Он пока треплется, а мы всё ещё не знаем про Сэндри».

— «Сэндри!», — воскликнула Даджа, хватая их узы. — «Сэндри!»

— «Я до этого не смог до неё дотянуться», — сказал Браяр.

В то же время, он добавил свой зов к его собственному. Однако они не нашли ни следа своей подруги.

— Полагаю, вы перебираете все известные вам разбивающие заклятья наговоры, — сделал наблюдение Кэн. — Но в этом-то и вся прелесть, разве вы не видите? Это — многослойные защитные заклинания, но некоторые из них вывернуты наизнанку. Моя собственная разработка. Никакой наговор ни в чьих руках не сработает на этом заклинании перчатки. Ну, Иша высвободилась, но она даже сильнее меня. Она просто пробилась сквозь заклинание. Она сказала, что мне нужно оставаться скромным. Она даже подумала, что не только у неё может это получиться, но право же, вне дворянских дворов, или университетов и школ Живого Круга, вряд ли найдётся так много великих магов. Люди склонны нас не любить.