— Что ты здесь раньше делал, в Святых Землях? — спросил я Ключевца, — Откуда знаешь дорогу?

Тот поджал губы, раздумывая над ответом, потом пожал плечами:

— Великолунцы давно пытаются получить доступ сюда, — он показал пальцем на дальний край долины, — Там проход к усыпальнице и к Храму Первого Полнолуния.

Да, с той стороны долины между почти одинаковыми вершинами открывалось несколько ущелий, с виду казавшихся искусственными, уж больно ровные края у них были.

Я сразу же вытянул карту, сопоставляя то, что перед глазами, и то, что было на бумаге. Там, в ущельях, скрывались так называемые хижины Святых Привратников.

— Прямо пройти не сможем, — Вячеслав показал сначала на кратер посреди долины, потом в сторону, — Обойдём справа.

Щербатые края долины, где лес пытался наползать на каменные склоны, обещали трудную дорогу. Но неожиданно я ощутил в том месте уже родственную мне стихию огня, только очень злую.

Это напомнило то, что я ощущал в катакомбах Межедара, где скрывался протухший Красный Карлик. Вертун, потерявший связь со своей Луной, и медленно умиравший в своём замкнутом энерго-цикле.

Тут их было несколько.

Мой взгляд так и возвращался к центру долины. Чтобы войти прямо в тёмный лес, следовало спрыгнуть с горной тропы и по крутому склону преодолеть несколько десятков метров до широкого каменного отвала.

Сквозь груды валунов, поросших мхом, уже пробивались молодые деревца, и было видно, что на кромку леса время от времени с гор сыплются обвалы. Старые деревья на опушке были все кривые и уродливые, поломанные вечными обвалами, но эти раны постепенно зарастали — природа всё равно раз за разом отвоёвывала своё обратно, пытаясь карабкаться через горы камней.

Что-то мне не нравилось, но я не мог понять, что именно — всё вокруг фонило мощной магией, заглушая интуицию.

Идея обойти долину плохая? Или сам Вячеслав подозрителен? А может, эта густая листва что-то скрывает?

Я сделал шаг…

«Рано».

Голос Эвелины в голове прозвучал, словно гром, и я вздрогнул. Ух, раздери меня Пробоина, предупреждать же надо!

— Да твою плешивую луну, мы не пройдём через центр, — послышался за плечом недовольный голос Вячеслава, — Там точно мозги вскипят, и будем с тобой бродить по Святым Землям, слюни пускать…

Я кивнул. Вот и тень собаки мелькнула внизу на мшистых валунах, исчезла среди кривых стволов, потом появилась намного правее. Взглянула на меня, и понеслась ещё дальше, огибая лес. Словно намекала, что действительно лучше свернуть.

Вячеслав ничего не заметил. Вскинув винтовку, я посмотрел через поцарапанные линзы, но собака уже исчезла.

Божество намекает, что лучше знает, как мне идти? А не пошли бы вы все со своими советами?

С улыбкой я повесил магострел на плечо, присел и свесил ножки. Так-то, лететь вниз всего метра три, а потом скользить по чистому склону, ощущая задницей каждый камешек.

— Да сгинь твоя луна, сраный ты долболунь! — выругался за спиной Ключевец.

Я обернулся, заподозрив неладное, и понял, что не успеваю отдёрнуть голову. Древко алебарды уже почти коснулось моего виска, как вдруг раздался выстрел.

Яркая вспышка ослепила меня, да ещё в глаза попала пыль — пуля летела прямо в корпус диверсанта, но в последний момент резко вошла ему под ноги. Сработал какой-то защитный артефакт, и Вячеслав с руганью присел, замахиваясь на меня обломками алебарды.

Я же, оттолкнувшись руками, ухнул вниз. Через мгновение от удара мои ноги сложились, едва не выбив коленками мою же челюсть, но я успел сориентироваться, и длинными прыжками понёсся по склону.

Пролетая раз за разом по два-три метра, я понимал, что если сейчас сверну шею, то всем моим приключениям конец.