Так и здесь. Это могли быть только Серые Хранители, с которыми я сражался тогда, в пустыне, когда меня спас одноглазый Филиппо.

Эта химия… Да это же наркотик, и я ощущал его в их крови, как стихию огня, только протухшую. «Порошок счастья», та самая хрень, ради которой помойники толпами лезли умирать в Межедарский канал.

— Они где-то здесь, — шёпот, усиленный слухом псионика, зашелестел среди листьев.

Серые Хранители думают, я их не слышу. А мы их слышим, да, жучок Василий?

От хозяина тела из глубины души прилетело лёгкое удивление. Кажется, Вася усомнился, а не свихнулся ли я случаем.

Засада в зарослях продолжала шептаться:

— Слава Чёрной Луне, мне кажется, они сами повздорили. Нам же легче.

— Да, они стреляли. Прибьём по одному.

Я слегка поморщился, искренне насмехаясь над их наивностью и желая этим бедолагам, чтоб они поскорее отсюда смотались. Живых после стычки со мной не останется.

Наоборот, то, что диверсант опять против меня, заставит меня действовать на все сто процентов. Никакой пощады, любые моя ошибка или промедление будут стоить мне жизни.

Хранители вдруг забеспокоились:

— Ты слышал?

— Да, это там.

Ушли… Трое удалились в лес совсем в другую сторону от меня, думая, что делают это бесшумно.

Один из них остался.

С уважением пожав пальцем жучьи рога, я поднялся и, пригибаясь, стал пробираться в заросли. При каждом шаге боль в ушибленной ноге стреляла в мозг, но это заодно придавало и ясность мысли.

Бедняга, сквозь которого, судя по всему, прошёл Блуждающий Пульсар, стоял возле дерева, тупо уставившись в одну точку — будто с интересом разглядывал рельефную кору.

Усиленное псионикой зрение помогало мне видеть в темноте. Серый Хранитель был всё в той же форме Царской Армии, с виду обычный солдат. Держа наготове обычный армейский магострел, он тихонько шептал:

— Защитить Перволунника…

Под моей ногой хрустнула ветка, и Серый Хранитель, ставший обыкновенным зомби, резко обернулся, повернул магострел. Меня, прикрытого листвой, он ещё не видел, но его поза и блестящие в темноте глаза заставили меня быть осторожнее.

— Защитить…

Хоть он и стал дурачком, навыки у него явно остались. Эх, твою псину, красивого убийства с заходом за спину не получится.

Я оттянул руку и метнул нож, вкладывая силу в бросок. Серый Хранитель дёрнулся, будто что-то заметил, но тут же, задрав голову, свалился.

Бедняга ещё подрагивал, когда я склонился над ним. Чтоб тебя, я всё — таки промахнулся: целил в левый глаз, а попал в правый.

Пирусные патроны сразу же перекочевали в мой карман. Больше ничего не обнаружилось, его соратники всё забрали.

Я послушал ещё всплески псионики вокруг. Сразу два Блуждающих Пульсара прогудели с разных сторон и унеслись в чащу.

С одной стороны, это было опасно. С другой стороны, это должно охладить боевой пыл Ключевца — он их видеть не мог, только слышать. И ему тоже приходится тормозить, следуя за мной.

Тим, не будь таким наивным…

Я поднялся, прихватив магострел убитого, и поковылял дальше. Остальных Серых Хранителей я опасался не так сильно, как Вячеслава, дышащего в спину. Он наглотался «вытяжки», а значит, уже должен быть здоров, как бык.

Идти в темноте по заросшим буеракам, где каждое второе дерево растёт из-под высохшего собрата, и пробираться мимо огромных валунов, было утомительно. При этом, я ещё должен был сохранять бесшумность, и одновременно следить за магическим эфиром, чтобы самому не попасть под Блуждающий Пульсар.

Сбоку раздались выстрелы, потом вскрики. Я даже не остановился, поняв, что троица Хранителей напоролась на Вячеслава.

Да, он однозначно восстановился, раз полез в бойню.