Наконец гости и сам ярл сели за стол, сменив звук речей на благородное чавканье и плеск медовухи, наливаемой в стаканы. Лендерик тайным жестом отпустил воинов из малой дружины. Правда, те, поняв ярла, укрылись в соседней комнате, готовые прийти на помощь. Правитель Ралендера мудро решил, что захоти дева сделать ему нечто плохое, даже с десяток Одаренных не остановит ее. Потому лучше создать ощущение доверия, словно он ее не опасается.

Первым делом Лендерик, на правах хозяина, расспросил Фромвика все о его уходе. Затем уточнил, кто теперь владеет Хортом? И, услышав о Найде недовольно поморщился. Не потому, что тот казался плохой кандидатурой. Как раз наоборот. Прежде торговля с Хортом велась на удобных для Ралендера условиях — Фромвик руководствовался дружбой с Лендериком. Найд же был тертым калачом. Теперь не получится покупать шкуры диких зверей и мягкое золото по той цене, какую торговцы от Ралендера заявляли ранее. Более того, наверное, придется самому отправиться в Хорт с личным визитом и подарками.

Еще Лендерика невероятно интересовало все, касающееся Вальтага. С хитростью куницы, какая неподвижно сидит перед курицей и только и ждет своего часа, чтобы схватить ее, наводящими вопросами он узнавал необходимые для себя сведения. При этом лицо ярла оставалось неизменно равнодушным, даже когда он услышал о гибели «создателя драконов». Наверное, главной причины, по которой Лендерик не торопился напасть на Вальтаг.

Разве что когда ярл принялся уточнять количество воинов и расположение деревень, Ютинель стала отвечать не столь охотно, скорее даже уклончиво. Но и тут Лендерик проявил мудрость. Он тут же отступил, сделав вид, что узнавал больше из праздного любопытства и дабы поддержать беседу.

И вот когда ярл сам выведал все, что хотел, настала пора путников задавать вопросы. Ярл и здесь проявил неслыханную мудрость, не став врать напропалую, как наставляла Санна.

К примеру, он подробно рассказал о Шантале, упомянув любовь Одаренного к дорогой одежде, хорошей еде и выпивке. Поведал, что Келлиган являлся человеком, способным достать любой товар, окажись тот когтем тролля, каких уже и в Пустошах давно не видели, и огненные камни. На Севере в избытке водились богатые люди, не любившие выбираться из своих земель, но имеющие различные фантазии. А Шантал Келлиган, как человек редкой породы мерзавцев, хорошо владеющих языком, очень умело подогревал интерес к тому, чего у них не было.

Уже потом, когда Юти стала походить на рыбку, проглотившую наживку, Лендерик по щепотке вложил в основное блюдо ложь Санны. О том, что Шантал уехал не далее, чем пару дней назад. И даже сказал, куда именно собрался направиться.

Едва услышав это, валькирия вскочила на ноги, чуть не опрокинув стол. За все время, сначала подробно отвечая на вопросы, а потом внимательно слушая сама, она не одолела и куска мяса, положенного ей на тарелку. Старик, к примеру, уговорил половину кувшина дорогого вина и все время ел, словно понимая, что долго это продолжаться не будет.

— Спасибо за все, ярл, нам нужно ехать!

— Солнце клонится к закату, — сделал вид Лендерик, что не хочет, чтобы гости столь быстро его покидали. Хотя в душе ему было не по себе вблизи северной девы. — В лунном свете и дорога уже.

— Нет, нам правда пора. Благодарим за гостеприимство, — поднялась на ноги валькирия.

— Фромвик, ну уж ты останешься, чтобы составить компанию старому другу? — спросил, причем, довольно искренне Лендерик.

— Я вынужден отказать тебе, мой друг. Пусть это и нарушает наши традиции. Я буду сопровождать Ютинель. Без меня она пропадет в этих землях.

Лендерик вздохнул. Причем, вновь проявил крохотную хитрость. Дабы сожаление о прощании выглядело искренним, он сделал так, чтобы непритворно его прочувствовать.