|
Ну а материалы рабочим больше ведь не были нужны. Я… в чём-то ошиблась?
— Безупречная логика, Куро-тян, — выдавила из себя Ми.
Вот так и живём. За три недели мне регулярно хотелось уронить что-нибудь тяжёлое на воспитателей Нанао, но — руки коротки. Да и делу не поможет — уже. Характер девушки сложился, инфантилизм ведь — лишь расплата за взрослость в других чертах характера. Да и не имеем мы права читать мораль, если уж на то пошло. Принимать такой, какая есть. Не сломать то, что осталось хрупким — ведь оружию не светила долгая жизнь. И надеяться, что глядя на нормальную жизнь нормальных людей Куроцуки сама поймёт, где оставаться смертоносной шиноби, а где — быть обычным человеком. М-мать…
Глава 19
По вам когда-нибудь бегала белка? Да-да, как по дереву. А три сразу? Когда зверьки сталкивались, особенно у ладони, на которой вперемешку лежали орехи и семечки — немедленно до небес взлетал возмущенный цокот. К большому сожалению зверьков, матушка-природа не дала им по-настоящему больших защёчных мешков, как у хомяков потому забрать разом всю еду не получалось, хоть тресни. Но белки доблестно старались, компенсируя грузоподъёмность частотой ходок и скоростью передвижения. Потому на лёгкие прикосновения «подставки для пищи» внимание особо не обращали: чуть отвлечёшься — и всё утащили без тебя. Кажется, белкам скоро предстоял тот ещё квест: смесь «вспомнить всё» и «тиха украинская ночь»…
— Получается, сказка про Белоснежку — почти не перевранная история становления молодой суккубы, — я полностью отстранился от управления, пока Куроцуки с совершенно детским восторгом кончиками пальцев осторожно гладила беличьи спинки. — Всё сходится: дома её все любили, потом мать умерла, и шарм стало некому поддерживать. Девушку выгнали — тонко манипулировать чувствами окружающих ещё не научилась, скорее всего, сама и создала повод. Потом лес, в котором, надо полагать, есть место Силы — возможности резко возрастают. Девушка тренируется: сначала звери и птицы, потом — гномы, потом — принц. Финальный аккорд — войска молодого мужа, очарованного демонессой, выносят поместье родственников-обидчиков. Прямо-таки чуть ли не пошаговое руководство.
— Мне часть с хрустальным гробом не нравится, — подумав, призналась Мирен.
— Возможно, аллегория? Белоснежка ушла в пещеру с твёрдым намерением не выходить, пока не сможет взять заработавший в полную силу дар под полный контроль. В подземелье случайно зашармить некого, и все условия для самосовершенствования: темно, никто не отвлекает…
— Медитации под водопадом, — в тон мне согласилась суккуба и кинула картинку: Белоснежка, «нарисованная» в стиле персонажа японского аниме, в набедренной повязке и с замотанной бинтами грудью в позе лотоса на скальном козырьке под струями ледяной воды.
— Ага, и принц в пещере не просто так оказался, — фыркнул я. — Он просто гриндил данж.
Орехи кончились. Семечки кончились ещё раньше: осмелевшие от чувства надвигающейся холодной зимы поползни и синицы повыхватывали их с ладони прямо между беличьих лап. Рыжие непоседы, уже начавшие перекрашивать свою роскошную шубку в зимний серо-голубой оттенок, напоследок обматерили дурака-человека, принёсшего так мало — и умчались по своим важным делам. Скорее всего — искать другого щедрого двуногого с едой: сегодня в Филёвском парке народу хватало. Солнечный день в октябре в Москве — уже сам по себе событие, а уж если выпал на выходной день…
— Кошки, лошади или просто погуляем? — спросил я у девушек, пытаясь параллельно размять мышцы ноющей руки. |