Говорят, не всё можно купить за деньги. Как раз то, что за деньги просто купить нельзя — можно получить посредством налаженных связей, полезных знакомств и очень больших денег. А теперь представьте — из личного учебного заведения такого человека сбегает дочка личной ученицы и доверенного лица. Причём в распоряжении Кабуки есть все биометрические данные Мирен — обследование перед началом занятий плюс сканы ладоней через систему управления доступом. Да Куроку даже разбираться не придётся самому: та же Лючия подаст в Интерпол данные о пропавшем человеке — и всё. Первый же крупный аэропорт или таможня окажутся последним пунктом бегства. Кстати, это то, что касается Ми, а вот Куроцуки, которую никто не со‍б​ирался​ бросать,​​ могут объявить и международным преступником. Ч-ч‍ёрт, ситуация как в плохом боевике: чем больше узнаёшь, тем глубже пропасть под ногами. И вдвойне давит на мозг то, что в случае неверного телодвижения улететь в эту самую пропасть вполне реально! И что теперь делать? Хотя да, это уже второй вопрос русской классической литературы. Ну, хотя бы с «кто виноват» полная определённость…

* * *

— У кого какие идеи? — поинтересовался я. — В смысле, кроме «не делать необдуманных поступков» и «сидеть на попе ровно и не дёргаться»?

— Делать обдуманные поступки? — на полном серьёзе предложила Ми.

Она по-прежнему прижимала к себе уже почти успокоившуюся юки-онну, забравшись с ногами на кровать в комнате Нанао. Необходимость в подобном жесте вроде как отсутствовала, но любой разрыв физического контакта отдавался в разуме японки уколом почти физически ощутимой боли. Даже когда девушке нужно было просто посетить туалет.

— С обдуманными тоже не всё ясно, — я мысленно потянулся и погладил Куро-тян по голове. Мне очень хотелось хоть чем-нибудь помочь миниатюрной шиноби, но увы — не в моих и не в чьих-либо ещё силах было изменить прошлое. Разве что не допустить сейчас и в будущем предательства её новой семьи. Нашей семьи. — Что конкретно делать-то?

— Прежде всего, нужно собрать достаточный объём информации о происходящем для вынесения решения об активных действиях, — тихо подала голос Куроцуки, когда пауза в разговоре ощутимо затянулась. — Меня… так учили… В моём бывшем доме.

— Жаль, что нельзя просто подойти и спроси… — думая о том, как отвлечь Нанао ‍о​т восп​оминаний,​​ ляпнул я. До меня реально не сразу дошло. Вот чт‍о бывает, когда старательно пытаешься отстраниться от некоторых способностей. Банально начинаешь забывать про то, что они есть.

— Только не у самого Кабуки! — поспешно поставила условие Ми и поделилась воспоминанием о чудовищном, принимаемом без всякого на то желания златовласки давлении харизмы директора. Даже меня при личной встрече проняло, а у чувствительной суккубы от соседства с этим живым пси-излучателем буквально отключались мозги и подгибались колени.

— Он в академии почти и не появляется, — согласился я.

Для эмпата уровня Мирен сигнал от директора ловился из любого конца холда, потому мы трое были в курсе реального расписания посещений рабочего места главой «Карасу Тенгу». Но так для нас даже лучше: завуч и другие учителя и не учебный персонал школы подобной защиты не имели. Проклятье, а ведь действительно может получиться узнать то, что нужно! Только надо всё очень тщательно продумать — не хватало только расспросами возбудить подозрения неизвестно в чём… И кстати.

— Нанао, тебя ведь учили, как правильно собирать информацию?

* * *

— Мне это не нравится.