Последние фразы Ивана Панфиловича вызвали бурный восторг у ребят из нашей группы. Максим с довольным видом потер руки, будто намеревался устроиться на работу младшим помощником инквизитора, Лиза и Катя тут же достали свои блокнотики, намереваясь пополнить свои знания о пытках и казнях, Антон привычно призвал истреблять вампиров, и даже Алина слабо улыбнулась. Короче, для ребят посещение камеры пыток было крутым приколом, о котором потом можно будет долго рассказывать своим знакомым. Что же касается меня, то я испытывал довольно странные чувства. В Сигишоаре, как и в других румынских городах, было интересно, достопримечательности встречались на каждом шагу, любой камень представлял собой настоящую находку для туристов, но мне хотелось не просто разглядывать исторические реликвии, а увидеть мир таким, каким он был пять столетий назад. Отправившись в Румынию, я хотел почувствовать связь веков, мысленно перенестись в прошлое, суметь испытать то, что испытывал некогда сам Дракула, но пока мой взгляд был взглядом простого любопытного туриста. Возможно, именно здесь, в этом древнем доме, под кровом которого родился тот, первый Влад, мне удалось бы ощутить дыхание прошлого.

Но прежде нам предстояло посетить монументальную, построенную еще до рождения Дракулы башню, в которой теперь размещался музей средневековья. Признаюсь, экспозиция музейчика не впечатляла – в первом зале мы задержались у большого макета Сигишоары, слушали рассказ экскурсовода и при этом не смели лишний раз шевельнуться. Пол под ногами отчаянно скрипел, выдавая малейшее движение, а потому приходилось стоять по стойке смирно, покорно разглядывая картонные, обмазанные глиной домики макета. Керамические горшки, старая утварь, аптекарские склянки и медицинские инструменты, больше смахивавшие на орудия пыток, проскользнули мимо моего сознания, почти не оставив следа и заинтересовали разве что Катю с Лизой. Любознательные девчонки задавали экскурсоводу вопросы, уточняли даты, занося их в свои блокноты, и то и дело щелкали затворами фотоаппаратов.

Потом, узнав все, что было положено знать туристам, наша группа двинулась на верхние этажи башни. Тут мне стало намного интересней – узкие лестницы, в том числе и винтовые с «односторонним движением», на которых не могли бы разойтись два человека, непривычно низкие двери и высокие пороги, принадлежали не нашему времени и переносили в прошлое. Ах, если бы мне удалось полазить по таким местам в гордом одиночестве, не сталкиваясь с любопытствующими экскурсантами, возможно, я бы сумел почувствовать то время…

— Смотрите, мы в часах! – восторженно воскликнул, бежавший впереди всех Антон. – Мам, тут такие крутые фигуры!

Действительно, наш маршрут пролегал мимо стеклянных витрин, за одной из которых находился механизм часов, установленных на башне еще в семнадцатом веке, а за другой были видны деревянные скульптуры изображающие знаки зодиака. Эти фигуры, появлявшиеся в окошке справа от циферблата, уже не одно столетие кружились в своем бесконечном хороводе, провожая ночи и дни, недели, месяцы и годы.

— Здорово, что мы можем рассмотреть все это изнутри, — серьезным тоном произнес беседовавший с Иваном Панфиловичем Максим. – С земли фигурки почти не видны, а здесь – прямо как на ладони. А всего–то и надо было – проделать в боковой стенке небольшое окошко.