— Влад, не дури! Ты победил! Сорвешься же…

Боль прошла. Электрические искры больше не скакали по рукам, рябь в глазах исчезла. Я видел наш, привычный, такой хороший, родной, добрый мир! Возле белоснежного, нарядного автобуса толпились люди, отчаянно жестикулировал руками Иван Панфилович, доказывая что–то моей маме стоявшей рядом с ним… От такого зрелища, я едва не сорвался вниз, а потом закричал во все горло:

— Эй! Я здесь! Наверху! – но они не обратили на мои вопли никакого внимания.

Близость, но недоступность свободы доводила до исступления, я вновь закричал, попытался достать из кармана мобильник, и вдруг скоба под моей ногой зашаталась… Время остановилось, сердце ухнуло в пятки, жизнь показалась сказочно, невероятно прекрасной, особенно если учесть, что до ее конца осталось ровно столько мгновений, сколько требовалось, чтобы приземлиться на плиты замка.

Но развязка не наступала. Медленно, очень медленно, контролируя каждое свое движение, каждый вздох, я начал спускаться по ноге рыцаря. Вновь полыхнули электрические разряды, реальность скрыл занавес лесного дикого пейзажа…

Спуск прошел без проблем, и лишь после того, как мы с Максимом вновь оказались внутри башни, он задал давно вертевшийся на языке вопрос:

— Ты что, камикадзе? Или в детстве головой часто стукался? Куда тебя понесло?

— Я был там, где кончается колдовство, видел реальный мир. Похоже, замок накрыт невидимым куполом… Макс, через него можно пройти! Это очень больно, тяжело, но возможно! Выход из западни есть!

На лице парня промелькнула радость, но затем он впал в обычный свой скептицизм:

— Да… а потом: сделал он в воздухе тридцать три сальто…

— Максим, если это что–то вроде купола, то его граница проходит и по земле. Надо просто выбраться из замка и идти вперед, так как я предлагал вчера. Никакое колдовство не сможет нас остановить! Сила Ворона велика, но не бесконечна. Мы прорвемся, слышишь – обязательно прорвемся!

— Может ты и прав, командир. Но этот самый Ворон тоже зевать не станет…

*********************

Ночь в заколдованном мире оказался во много раз длиннее дня, а солнце избегало надолго заглядывать сюда. Не успели мы покинуть башню, как обнаружили, что на замок Корвин вновь опустился тревожный, не суливший ничего доброго оранжево–синий закат. Ощутив твердую почву под ногами, мы с Максимом первым делом рванули к запертым воротам.

— Макс, как тебе удается так ловко открыть замки без ключа?

— Думаешь, я из семьи потомственного взломщика? Просто у нас с отцом было хобби – он мастерил миниатюрные копии замков, ну а я ему помогал. Так что вся эта средневековая механика для меня не проблема. Открыть такой замок – раз плюнуть.

Похоже, Максим поторопился с выводами. Он ковырялся и ковырялся с замком калитки, под пристальным взглядом стоявшего рядом Антона, но никак не мог справиться со «средневековой механикой». Парень злился, бормотал что–то под нос, недоумевая, почему замок не хочет открываться, а я понимал – здесь не обошлось без колдовских чар. Ворон знал, что мы разгадали тайну купола, поняли, как можно выбраться отсюда и сделал ответный выпад, наложив заклятие на замки и засовы ворот. А нам оставалось только искать другой путь спасения – попытаться спуститься по веревке из окна, или, если повезет, обнаружить секретный ход, который, наверняка, имелся в средневековом замке.