|
Румяное лицо его с маленьким сморщенным ртом было в поту. - Здесь старший лейтенант Кукель? - крикнул он Семену, выпучившись голубыми, веселыми, круглыми глазами на матроса, загородившего путь штыком. Он похлопал себя по бокам, по груди, вытащил и предъявил мандат на имя представителя центральной Советской власти, товарища Шахова. Матрос хмуро опустил штык. - Проходите, товарищ Шахов. Кукель сошел ему навстречу и стал рассказывать о почти безнадежном положении дел. Он говорил обстоятельно и не спеша. У Шахова нетерпеливо вертелись глаза: - Ерунда, бывали в переделках похуже... Я уже говорил с моряками, настроение превосходное... Сейчас достану вам буксир, все, что нужно... Устроим митинг... Утрясется как нельзя лучше... Он потребовал катер и ушел на "Свободную Россию". Оттуда начал мотаться в катере от судна к судну. Семен видел, как его коротенькое туловище повисало на штормовых трапах торговых пароходов, как он, выскакивая на берег, нырял в толпу, и оттуда неслись крики, поднимались руки. В одном месте тысячи глоток заревели "ура". Несколько шлюпок, набитые моряками, отвалили от стенки, пошли в глубину гавани, к заржавленному небольшому пароходу, и скоро из трубы его повалил густой дым, он снялся с якоря и подошел к "Свободной России". Еще на одной шхуне заплескались паруса. Вернулся "Лейтенант Шестаков" и взял на буксир второй миноносец. В десятом часу толпа поднаперла к сходням" "Керчи". Настроение как будто снова менялось к худшему. К борту протискивались какие-то оборванцы, у каждого - колбаса, хлеб, сало. Скаля зубы, подмигивали морякам, показывая бутылки со спиртом. Тогда Кукель приказал убрать сходни и отдать концы. "Керчь" отошла от этих дьявольских соблазнов на середину гавани, откуда и наблюдала за буксированием миноносцев. Ржавый пароход, казавшийся скорлупой, пыхтя и дымя, сдвинул наконец "Свободную Россию", и она величественно поплыла мимо тысячных толп. Многие снимали шапки, как перед гробом. "Свободная Россия" миновала боны, ворота и гавань и удалялась в глубину рейда. Опять ждали немецких аэропланов, но небо и, море были спокойны. В гавани остался только эсминец "Фидониси". Снова в толпе начался водоворот, и черная икра голов сбилась у стенки, где стоял "Фидониси". К нему подходила парусно-моторная шхуна, чтобы взять на буксир. Из толпы полетели камни навстречу шхуне, хлопнуло несколько револьверных выстрелов. Седоволосый человек, взобравшись на фонарь, кричал: - Братоубийцы, Россию продали... Армию продали... Братцы!.. Что же вы смотрите!.. Последний флот продают... Толпа заревела, выворачивая камни. Несколько человек перескочило через борт "Фидониси". Тогда быстро к берегу подошла "Керчь", колокол на ней пробил боевую тревогу, орудия жерлами повернулись на толпу, командир закричал в мегафон: - Назад! Открою огонь! Толпа попятилась, отхлынула, завизжали раздавленные. |
