Она заставила себя встряхнуться.

— Ясно. Так, до встречи с первым свидетелем у нас еще час. — Вчера Брейзи составила целое расписание. А потом они собирались заняться списком Клары. — Кто у нас идет первым?

— Еще один бывший ребенок-кинозвезда. Правда, он не добился такого успеха, как Робби, и теперь пишет сценарии для «Юниверсал». Брейзи пока занята — настраивает локаторы, так что поедет туда прямо из офиса.

— Надеюсь, разговаривать мы будем за чашкой кофе… Кстати, как насчет завтрака? — Здесь у Доун был свой расчет. — Около фехтовальной студии есть кафе. Там такие пирожные — пальчики оближешь!

А еще там были компьютеры с выходом в сеть. На этот раз она хотела поискать информацию об Ионе Лимпете. Не заниматься же этим в его офисе! И потом, Доун не оставляло чувство, что там ни один ее шаг не остается незамеченным.

— Согласен, но с одним условием — в студию ты меня не потащишь, — сказал Кико. — Не хочу, чтобы Брейзи опять зудела, что я, мол, развлекаюсь в рабочее время.

— Кико, ты о чем? Ты же вроде как записался на частный урок у Дипака в субботу?

Он сделал невинное лицо. Вот жулик.

Они вооружились и поехали в кафе на машине Доун. Сквозь туман проглядывало солнце, и Доун чувствовала себя в безопасности. Почему-то дневной свет внушал ей больше доверия, чем весь ее навороченный противовампирский арсенал, хотя она прекрасно знала, что опасность поджидает везде — в каждой темной подворотне, у каждого канализационного люка, из которого со свистом вырывается пар…

Кико нацепил свои любимые темные очки — исключительно для защиты от губительного ультрафиолета. Ага. Понты тут были не при чем.

Они припарковались у тротуара, в квартале от кафе. На пороге их встретил яркий электрический свет. На мониторах плавали неизменные рыбки, под потолком кружился вентилятор. Все вместе создавало успокаивающую атмосферу нейтральности. Перед витриной с выпечкой толпились служащие, заглянувшие сюда подкрепиться перед долгой дорогой на работу. Почти у всех на носу красовались темные очки. Ну да, это же Лос-Анджелес.

— Не хочешь снять стекла? — Девушка с надеждой посмотрела на коллегу.

— Не-а.

Доун решила, что пора устроить проверку связи, и, оттянув майку на животе, попросила:

— Попробуешь еще разок?

Кико коснулся майки. Опять глухо. Черт.

Потом он заявил, что угощает, и Доун сначала оттаяла, а потом сообразила, что деньги-то все равно офисные. Хотя у предложения Кико был один большой плюс — пока телепат будет толкаться у стойки, она может спокойно погуглить Лимпета. Главное, чтобы Кико не застал ее за этим занятием. Иначе получится некрасиво.

Но не успела она пробежать глазами первую страницу результатов, как ее затылок просигналил о том, что кто-то стоит у нее за спиной.

Доун поспешно закрыла окно поиска, обернулась и увидела рыжеволосую девицу с длинной косой. На незнакомке были неизбежные темные очки, белая бейсболка без надписей и розовые велюровые штаны «Джуси Кутюр». В руках она держала большой картонный стаканчик с кофе.

Доун узнала ее не сразу. Похоже, девица обиделась.

— Ты меня не помнишь?

В голове Доун включился портативный поисковик.

Она поискала глазами Кико: телепат шествовал сквозь толпу посетителей, которые отшатывались от резкого чесночного духа. В одной руке он держал поднос с едой, другой — прижимал к уху телефон. Он подошел к свободному столику у окна, сгрузил на него тарелку с двумя огромными кексами и тремя эклерами, и понес Доун ее собственный завтрак — черный кофе и миндальное пирожное.