Изменить размер шрифта - +
«Здесь только пять‑одни, если вы захотите продолжать дело.» Я этого не хотел. Одна из истин, которым учат в специальной службе, это ОАС – отклик, адекватный ситуации. ОАС означает, что если дело связано с выборными лицами или знаменитостями, то их следует отпустить, если никто не настаивает на обвинении. На практике это означает, что задерживать никого нельзя.

Я сказал помощнику: «Вы получите имя и адрес владельца собственности, поэтому сможете уладить все связанное с поврежденной лужайкой.» «У него уже есть мое имя и адрес», сказал человек в халате. «Но я хочу знать, что же будет сделано.»

«Я сказал ему, что мы оплатим любой ущерб», сказал помощник. «Я заверил его, что мы обязательно это сделаем, но он, похоже…» «Черт побери, посмотрите: ее цветы подавлены. А у нее рак уха.»

«Минутку, сэр.» Я спросил помощника: «Кто теперь поведет машину?»

"Я", ответил помощник.

«Он», кивнув, согласился сенатор Роу. «Джерри. Поведет машину.»

Я сказал помощнику: «Хорошо. Я хочу, чтобы вы прошли анализ дыхания…»

«Да, конечно…»

«И я хочу посмотреть на ваши водительские права.»

«Конечно.»

Помощник дунул в трубочку и вручил мне свою водительскую лицензию. Она была из Техаса. Герролд Д. Хардин, тридцать четыре года. Адрес в Остине, штат Техас. Я записал все подробности и вернул лицензию. «Все в порядке, мистер Хардин. Я хочу передать сенатора под ваше попечительство.»

«Благодарю вас, лейтенант. Я это ценю.»

Человек в халате сказал: «Вы хотите позволить ему уйти?» «Минутку, сэр.» Я обратился к Хардину. «Я хочу, чтобы вы дали этому человеку свою визитную карточку и оставались с ним в контакте. Я ожидаю, что ущерб его собственности будет возмещен к его полному удовлетворению.» «Абсолютно. Конечно. Да.» Хардин полез в карман за визиткой. Он вытащил оттуда что‑то белое, мелькнувшее в руке, словно платок. Он торопливо затолкал это обратно в карман, и обошел машину кругом, чтобы вручить карточку человеку в халате.

«Вы должны заменить все ее бегонии.»

«Прекрасно, сэр», сказал Хардин.

«Все абсолютно.»

«Да, конечно. Все прекрасно, сэр.»

Сенатор Роу откачнулся от переднего бампера, нетвердо стоя на ногах. «Трахнутые бегонии», сказал он. «Боже, что за поганая ночь. У вас есть жена?»

«Нет», ответил я.

«А у меня есть», сказал Роу. «Трахнутые бегонии. Твою мать.» «Сюда, сенатор», сказал Хардин. Он помог Роу забраться на пассажирское сидение. Девицы залезли назад по обе стороны от красивого типа с Уолл‑Стрита. Хардин сел за руль и попросил у Роу ключи. Я оглянулся, посмотреть как черно‑белые отваливают с обочины. Когда я повернулся обратно, Хардин опустил стекло и поднял на меня глаза. «Благодарю вас.» «Ведите осторожнее, мистер Хардин», ответил я.

Он съехал с лужайки, помяв еще одну клумбу.

«И ирисы», прокричал человек в халате, когда машина выезжала на дорогу.

Он взглянул на меня: «Говорю вам, вел‑то другой и он был вдребезги пьян.» Я сказал: «Вот вам моя карточка. Если что‑то пойдет не так, позвоните мне.»

Он взглянул на карточку, покачал головой и пошел в дом. Коннор и я вернулись в машину. Мы поехали вниз по склону холма. Коннор спросил: «Вы записали данные помощника?»

«Да», ответил я.

«Что было у него в кармане?»

«Я бы сказал, пара женских трусиков.»

«Я тоже», сказал Коннор.

 

* * *

 

Конечно, тут мы ничего не могли поделать.

Быстрый переход