Воцарилась долгая пауза.

— Я все равно не понимаю, — произнес наконец Дэнни. — Зачем это Зебеку нужно? Ведь он и так уже почти сравнялся с богом. Миллиардер. Один из хозяев земли.

Барзан усмехнулся.

— Я не шучу! — воскликнул Дэнни. — У него свой реактивный самолет!

— Он делает это ради денег. Ему нужны деньги.

— Но откуда они могут появиться?

— Род иезидов, к которому мы принадлежим, очень богатый. — Реми улыбнулся. — Конечно, вам это кажется непонятным. Действительно, откуда деньги в таком бедном городке, как Узельюрт, фактически деревне, где крестьяне пасут скот, выращивают абрикосы, плетут килимы. Кругом пыль, тесные, убогие жилища, вечером темно, поскольку электричество стоит очень дорого. Но как это ни парадоксально звучит, иезиды на самом деле очень богатые.

— Поясните, пожалуйста, в чем тут дело, — попросил Дэнни, совершенно сбитый с толку.

— Все очень просто. Деньгами рода распоряжается имам. Старый, покинувший этот мир, ничего для людей не делал. Многие деревни страдают из-за недостатка воды, дороги, по которым возят товары на рынок, не ремонтировались многие десятилетия. А все сорок семь лет, что он правил, деньги шли на поддержку РПК, то есть на оружие и взрывчатку. Их достаточно, чтобы в двадцать первом веке обеспечить нашим людям достойное существование.

— Откуда они взялись?

— От продажи гуано.

Дэнни удивленно вскинул брови. Такого слова он прежде не слышал.

— Помет летучих мышей, — пояснил Реми. — Во всяком случае, начальный капитал получен от продажи гуано. Теперь уже доходы приносят выгодные инвестиции, но еще сравнительно недавно иезиды водили по Великому Шелковому пути караваны из Узельюрта в Китай. Купцы возвращались морем. В одном из таких плаваний иезид по имени Дерай в обмен на килограмм шафрана получил в собственность несколько необитаемых островов в архипелаге Сулу. Эти острова изобиловали пещерами, которые кишели летучими мышами. Так что гуано, ценнейшее из удобрений, какие существуют в мире, там накапливалось веками. Острова оказались дороже золотых россыпей. Гуано практически ничего не весит, его легко добывать и транспортировать. А острова были им просто завалены.

— Этот человек, который их открыл… он сильно разбогател? — поинтересовался Дэнни.

— Нет, — ответил Реми. — Дерай заболел холерой и умер по пути домой. Острова стали собственностью рода. Из них почти сто лет выкачивали прибыль, и к тому времени, когда запасы гуано исчерпались и появились эффективные химические удобрения, деньги были вложены в различные предприятия. Главное из которых — холдинг «Тавус».

— Славная девушка, — заметил Дэнни, когда Лайла удалилась.

Реми расплылся в улыбке.

— Лучшая в мире. Золотое сердце.

Дэнни сделал глоток превосходного кофе.

— Вначале я думал так же, как вы, — сказал Реми. — Зачем деньги миллиардеру, у которого собственный «боинг»?

— В том-то и дело, — согласился Дэнни. — Здесь не видно смысла.

— Оказалось, ему нужны деньги. Он почти все вложил в «Сверхмалые системы», а там все лишь на стадии разработок. Необходимо вкладывать еще и еще. У меня есть приятель в корпорации «Морган — Стенли». Они собирались вложить туда деньги, а потом он звонит мне и сообщает, что фирма на мели. Долг триста миллионов, на счету всего двадцать, а расходы примерно четыре миллиона в месяц.

— Когда это было?

— Пару месяцев назад.

— Так недолго и разориться.