– О чем это ты? – Талис убрал меч в ножны. – Снова, что ли, пытаешься меня соблазнить? Калли, милая, я это просто обожаю, но всему же свое время! – Он уже начал поворачиваться и собрался выйти.

– Нет! – крикнула она, хватая полу его камзола. – Теперь это другое.

Он слегка улыбнулся и кивнул головой.

– Другое в каком смысле? Не такое, что ты всегда пробовала? Калли, любовь моя, ну, неужели ты думаешь, что я не догадывался, чего ты добиваешься? Я все отлично знал. Каждый раз… – Он по-братски поцеловал ее в лоб и, огибая ее, направился к двери. – Я должен вернуться к отцу и извиниться перед ним.

Она не давала ему выйти:

– Талис! Послушай. Я знаю, что ты знал, я знаю, что ты обожал в это играть. Ну, как я могла не знать! Я все о тебе знаю. Но я клянусь! В этот раз все не так. В этот раз все гораздо серьезнее.

– Что серьезнее? Что случилось?

Талис, однако, к своему удивлению, увидел, что Калли не намеревается рассказать ему, что случилось (если, конечно, случилось). Он едва мог в это поверить, но Калли хранила от него какую-то тайну! Такого еще не бывало! Нет, она, разумеется, могла притвориться, что она не собирается его соблазнять, а сама из кожи вон лезть, чтобы соблазнить его. но теперь она от него что-то по-настоящему скрывала.

Он выпрямился, хмурясь. И тотчас же Калли поняла, что не так.

Она ему все скажет, думала она. Несмотря на то, что она приняла решение ему ничего не говорить, она скажет. Она не допустит, чтобы его гордость встала между ними и разлучила их. Она начала:

– Леди Алида…

Но Талис ее прервал:

– Ты опять начинаешь говорить об этой несчастной женщине? Она же при смерти! Неужто ты не видишь?

– Она хочет выдать меня замуж за другого.

– Да нет же, – спокойно ответил Талис. – Это не правда. Ты просто кое-чего не знаешь…

– Талис, ну не будь ты слеп и глух ко всему, что творится вокруг тебя! Это ты кое-чего не знаешь, а не я! Пожалуйста, пусть твоя гордость не встает между нами. Давай поженимся прямо сегодня, сейчас. Если я буду не девственницей, тогда нас уже ничто не разлучит.

Понимающе улыбаясь, Талис потрепал ее по щеке:

– Так вот ты опять о чем, что же ее светлость моя матушка такого сказала, что ты решила, что она тебя выдает за другого? А может, она ничего и не говорила? Мне кажется, ты опять ведешь к тому же. Сейчас опять дверь захлопнется снаружи? И мне опять придется выбираться через крышу?

Но лицо Калли оставалось серьезным.

– Она сказала это не просто так. Она мне показала этого мужчину.

– Она это сказала просто, чтобы тебя поддеть. Она планирует, что мы… Нет, я тебе не могу сказать. Я поклялся Богу.

– Ты ей клялся, а не Богу! – закричала Калли, и даже ей самой показалось, что в ее тоне была ревность.

– Нет, – серьезно ответил Талис. – Ты не знаешь, как это было. Я положил руку на Библию. Это для меня дело чести. Я должен…

– Тебя обманули, – крикнула Калли ему в лицо, и ее гнев на него вырвался наружу. Ну, почему же он ее не слушает? – Нас обоих обманули. Им до нас нет никакого дела, их интересует только собственная выгода. Они заставили тебя действовать против самого себя.

– В гневе ты сама не понимаешь, что говоришь. Ты ведь говоришь о людях, которые для меня – отец и мать.

– Ты в это и сам не веришь.