— Да, — отвечаю я, — это его настоящее имя.

— Очень интересно. Многие из них изменили свои фамилии, а он нет. Это говорит о том, что он не хотел полностью заметать свои следы, на тот случай, если его будут разыскивать.

— У них не было кораблей, — объясняю я. — Так что им пришлось бы пройти весь путь до Иных земель пешком.

Она кивает в знак согласия. — Поэтому они и не возвращаются — это слишком долгое путешествие. Без воздушных кораблей оно займет годы. — Затем она указывает на пустое место внизу камня. — Места как раз хватает для имен всех оставшихся. Это знак, что мы тоже должны уйти.

— Понимаю, — отвечаю я. Ставки высоки, почти недостижимы для каждого из нас.

***

Добравшись до лазарета, я рассказываю Каю об этом камне. — Это доказывает, что Анна была права: он не умер в Ории. Разве что существует другой Мэтью Маркхем, но вероятность этого… — Я заканчиваю подсчеты и выдыхаю. — Я думаю, это он, я чувствую.

Я пытаюсь вспомнить Мэтью. Темноволосый, симпатичный, чуть старше меня. Он выглядел немного иначе, чем Кай, но все же можно было с уверенностью утверждать, что они братья. Мэтью не был таким спокойным, как Кай. Он заразительно смеялся и имел много друзей. Но он был таким же добрым, как Кай.

— Кай, — говорю я, — когда мы найдем лекарство, я отведу тебя к этому камню, а затем мы вернемся и все расскажем Патрику и Аиде.

Я собираюсь сказать что-то еще, но тут открывается дверь. Анна наконец-то привела ко мне Элая.

***

Элай подрос, но, как и прежде, позволяет мне обнимать его так же, как, я надеюсь, позволит Брэм, когда я увижу его снова: крепко-крепко. — Тебе удалось, — говорю я. От него пахнет дорогой, хвоей и землей, и я очень рада, что с ним все в порядке. Я улыбаюсь, но слезы ручьем текут по щекам.

— Да, — отвечает Элай.

— Я жила в твоем городе, в Центре, — рассказываю я. — Я думала о тебе все время, мне было интересно, ходила ли я по тем улицам, где ты жил, и еще я видела озеро.

— Иногда я скучаю по нему, — говорит Элай, сглотнув. — Но здесь лучше.

— Да, ты прав, — отвечаю я.

Когда Элай немного отстраняется, я замечаю Хантера. Его руки по-прежнему разрисованы голубыми линиями, а в глазах застыла усталость.

— Я хочу увидеть Кая, — говорит Элай.

— Ты уверенна, что у Элая есть иммунитет? — спрашиваю я Анну.

Она кивает. — У него нет красной метки, — говорит она,— но ее нет ни у кого из нас.

Я немного отхожу от койки, позволяя Элаю обойти ее с другой стороны. Он приседает рядом с Каем и смотрит ему прямо в глаза. — Теперь я живу в горах, — говорит он Каю, и я вынуждена отвернуться.

Анна указывает на мой датапод. — Как далеко вы продвинулись в поисках лекарства? — спрашивает она.

Я трясу головой. — Я мало чем помогаю. Я практически ничего не знаю о компонентах, указанных в списках. Я читаю описания, но не могу представить, как выглядят растения и животные, которых вы едите.

— Ты думаешь, это имеет значение? — спрашивает Анна.

— Думаю, что да, — отвечаю я.

— Я могу нарисовать для тебя несколько картинок, — предлагает она. — Покажи мне те названия, которые ты никогда не видела.

Я беру кусок бумаги и выписываю для нее нужные компоненты. Меня смущает, насколько длинным получился список. — Я сейчас же займусь этим, — говорит Анна. — С чего лучше начать?

— С цветов, — я чувствую, что так правильнее всего.