– Господи боже мой!

Наоми быстро подняла глаза на бледного как смерть матроса, сидевшего за сканерами.

– «Ослябя» наводил ракеты бортовым компьютером. Теперь они расходятся веером!

Наоми скользнула взглядом по экрану монитора второго боевого сканера, и у нее мороз пробежал по коже. Матрос не ошибся. Лишившись компьютерного управления, ракеты «Осляби» самостоятельно расходились веером, чтобы накрыть как можно более широкую площадь в районе цели. Точечный удар превратился в кровавую баню. Пусть это были всего лишь тактические ядерные ракеты, но они должны были упасть на город и близлежащие населенные пункты возле Арсенала.

– Цель поражена! – Почти скучающий тон офицера управления огнем отвлек Наоми от жуткого зрелища, разворачивавшегося на экране монитора второго боевого сканера. – Противник теряет кислород!

В этот момент лазеры «Криса» накрыли «Поммерн», корпус которого застонал почти человеческим голосом под ударами смертоносных лучей. Наоми верила, что у кораблей есть души. Она не сомневалась в этом и теперь, когда броня ее крейсера стала плавиться и испаряться.

– Носовые ракетные установки уничтожены! – Даже офицер управления огнем утратил свое профессиональное хладнокровие. – Первый лазер уничтожен!

Наоми повернулась к нему, но так и не успела отдать приказ. «Крис» снова накрыл «Поммерн» гетеролазерами, кромсавшими броню, обшивку и тела людей. Наоми невольно захрипела, когда из продырявленного отсека, в котором она находилась, улетучился воздух, ее скафандр надулся кислородом, а «Поммерн», лишившийся нескольких машинных отделений, резко бросило в сторону. Корабль остался без брони и был безоружен, но и «Крис» серьезно пострадал, а над Джеймсонским архипелагом вырос лес ядерных грибов. Это Тошиба расстреливал судостроительные верфи и дома, в которых горели заживо семьи членов экипажа линейного крейсера.

Наоми оторвала взгляд от огромного корабля, приближавшегося, чтобы добить ее, и со слезами на глазах следила за тем, как упавшие веером ракеты «Осляби» испепелили базу Военно-космического флота. Сколько там погибло людей, чьи мужья, жены, отцы и матери носили такую же форму, как и она! И все же их было немного по сравнению с мирными жителями, гибнувшими сейчас в своих домах вокруг других кораблестроительных заводов. Сколько же их там? Миллион? Два миллиона? Три? Что по сравнению с этой ужасной резней гибель нескольких тысяч человек в космосе?!

«Крис» приблизился к «Поммерну», чтобы расстрелять его в упор. Наоми почти равнодушно наблюдала на одном из экранов за тем, как он навел на ее корабль свои уцелевшие гетеролазеры.

И вот «Крис» дал залп по полуразрушенному мятежному крейсеру.

В распоряжении Наоми осталось еще несколько мгновений, чтобы увидеть, как плавится и испаряется сталь под ногами. Еще через несколько секунд луч лазера добрался и до нее, но этих мгновений все же хватило, чтобы она вновь почувствовала, как душу жжет клеймо Каина, и поняла, что смерть прольется на нее бальзамом.

8. Катастрофа

– Господин спикер, – торжественно произнес Саймон Тальяферро, – я с прискорбием говорю о происшедшем! Он оглядел Палату Миров и покачал головой. – Полагаю, нам следовало предвидеть, что все кончится именно так, когда множество депутатов из Дальних Миров покинуло Законодательное собрание в знак протеста против наказания Шорнинга, которое было скорее гуманным, чем справедливым. Это настоящее варварство, господин спикер! Мелкие испуганные людишки подло нанесли нам удар в спину! Мы не позволим им безнаказанно посягать на ценности, которые олицетворяет собой Земная Федерация!

Оскар Дитер молча прислушивался к выразительному, прекрасно поставленному голосу Тальяферро, сожалея, что лишен его актерских способностей.