Он скоро должен жениться на хорошенькой невинной девушке, однако сейчас держал в своих объятиях ту единственную, которую действительно любил. Внутри у Адама все сжималось от сознания своей ужасной вины. И особенно его угнетало то, что он был влюблен в жену Дэвида, даже когда тот был жив. Он был кругом виноват этой ночью – сначала инцидент с Шервудом, а теперь еще и это. И все из-за того, что ставил свои желания превыше всего. Он был слишком эгоистичен, лишив Марианну любовника, и проявил эгоизм в высшей степени, взяв эту роль на себя.

Теперь он мучился из-за того, что, потворствуя своему желанию, причинил вред Марианне, Клариссе и Шервуду.

И все же он предоставил Марианне то, чего она добивалась. Он показал ей, как можно наслаждаться физической любовью, и она отвечала ему со страстью, какую он даже не мог вообразить. Он будет всегда лелеять память об этом, даже если никогда не признается Марианне в содеянном.

Хотя ему очень хотелось рассказать ей. Адам хотел, чтобы она знала, что это он держал ее в своих объятиях, когда она содрогалась под ним, достигнув оргазма. Он мог бы разбудить ее, если бы был уверен, что она примет эту ночь как драгоценный дар, о котором они могли бы вместе хранить приятные воспоминания.

Однако он не думал, что Марианна воспримет все подобным образом. Адам подозревал, что она возненавидит его за этот обман, за то, что приняла его за Шервуда, хотя он не намеревался вводить ее в заблуждение. И что еще хуже – он познакомил ее с наслаждением, хотя знал, что это будет один-единственный раз. За это она может возненавидеть его еще больше.

Адам знал, что их дружба примет иной характер, когда он женится на Клариссе, но он не хотел, чтобы она вообще прекратилась. Он не хотел, чтобы Марианна ненавидела его.

Поэтому он ничего не скажет ей. Адам осторожно провел рукой по мягким волосам Марианны, стараясь не разбудить ее. Он должен уйти, прежде чем она проснется, хотя ему тяжело расставаться с нею. Хотелось подержать ее в своих объятиях еще несколько минут, хотелось увидеть ее еще раз. В темноте можно было только представить каждый изгиб ее тела, полные груди, тонкую талию, мягкий живот, гладкие бедра, округлый зад. Каждая деталь врезалась в его память. Если бы ему пришлось снова встретить Марианну в темноте, он смог бы на ощупь распознать ее.

Темнота обостряет все чувства. Адам повернул голову и вдохнул исходивший от нее пьянящий сладостный аромат, который теперь впитался в его кожу и будет служить напоминанием об этой ночи. Адам даже испытывал искушение никогда больше не мыться.

Однако, если он намерен сохранить эту ночь в тайне, придется стереть все, что может выдать его как ее любовника. Как бы ни было досадно, надо смыть этот аромат. Проснется ли она, если он поцелует ее? Адаму очень хотелось поцеловать ее в последний раз, но он не стал рисковать. Он будет жить воспоминаниями об их поцелуях, полных нежности, страсти и неистового желания.

Марианна говорила, что поцелуи Шервуда не тронули ее. На поцелуи же Адама она отвечала с явным желанием и страстью. Как она могла подумать, что с ней Шервуд?

Адам осторожно прижался губами к ее волосам.

– Спокойной ночи, любовь моя, – произнес он тихим шепотом в темноте. – Я люблю тебя, Марианна. И всегда буду любить.

Адам потихоньку встал с постели и поправил одеяло, накрыв Марианну. Она слегка пошевелилась, но не проснулась. Он опустил занавески балдахина, оставив ее в темноте.

Потом, пошатываясь, подошел к окну и раздвинул шторы. Еще не было признаков рассвета, но полная луна осветила комнату. Воспользовавшись лунным светом, он нашел свою одежду и, начав одеваться, подумал, каково будет, если кто-нибудь увидит, как он тайком покидает спальню Марианны.

Оглядевшись, Адам заметил другую дверь.