Она металась, Эдриан держал ее над полом, практически не прилагая усилий – с другой стороны, девчонка почти слилась с ним, была прижата к нему сильнее, чем слой краски – к стене. И, черт, их движения были такими универсальными, он вонзался в нее, наращивая темп, подбрасывая ее, а она принимала его проникновения, вбирала и наслаждалась ими. Наблюдая за происходящим, Джим, возможно, должен был возбудиться. Хотеть присоединиться.

И, по меньшей мере, оставаться взбешенным.

Вместо этого паника гремела на границах его разума, от воспоминаний о том, как его руки связаны, а ноги разведены, над верхней губой заблестел выступивший пот.

Джим отвернулся, но не от злости, из-за которой был готов убить Эдриана, и не потому, что испытывал отвращение к шоу или приступ скромности.

Его замутило.

Он слегка трясущимися руками достал сигареты, а звук оргазма Эдриана заставил его на секунду закрыть глаза.

Естественно, похотливый ублюдок тут же принялся за второй раунд.

И Джим не мог закурить, пока женщина не уйдет.

Прекрасно.

Когда поступательные движения, наконец, прекратились, Джим оглянулся через плечо. Эдриан опустил девушку на пол и позволил ей положить голову к себе на грудь. Гладя ее волосы, он, казалось, совершенно отдалился от нее, настолько, что вполне мог находиться в районе с другим почтовым индексом. Вообще-то, за исключением мгновения разрядки, он, похоже, действовал на каком-то эротическом автопилоте все это время.

Какое его дело?

Официантка посмотрела на часы, собралась и поцеловала Эда в губы. Перед уходом она достала ручку и взяла Эдриана за руку. Большими движениями девушка написала номер на ладони и свернула его пальцы, словно преподнесла ему какой-то подарок. Затем, развернувшись и взмахнув волосами, она, буквально подпрыгивая, ушла по коридору, который приведет ее в кухню ресторана.

Эдриан ловко застегнул штаны.

– Пока ты не начал метать молнии, я наложил защитное заклинание на весь номер. С ними все нормально.

Джим затянулся и сильно выдохнул, выпуская изо рта дым.

– Что, черт возьми, об этом подумал бы Эдди?

Те уже ледяные глаза прищурились, превратившись в щелки.

– Прости?

– Ты меня слышал.

– Не разыгрывай со мной эту карту, – сказал он, тыкая в Джима пальцем. – Никогда…

– Что бы он подумал о том, что ты здесь трахаешь какую-то девчонку во время работы? – Джим повернул сигарету к себе и посмотрел на яркий тлеющий кончик. – И, похоже, ты этим даже не наслаждался… поэтому пост ты покинул не по веской причине.

Волны ярости исказили воздух между ними, гнев другого ангела был так ощутим, что практически стал источником света.

– Скажу тебе лишь раз, – произнес ангел. – Всего один раз…

– Эдди это бы не впечатлило …

Нападение было столь быстрым, столь яростным, что Джим не успел затушить сигарету. Когда Эд схватился за его горло двумя руками, зажженный кончик поднялся… и упал прямо за воротник его футболки.

Но ожог был меньшей из его проблем.

Просунув руки между ними, он разжал хватку и ударил Эдриана головой, попав ангелу прямо в мягкие хрящики носа. Вот только Эд, очевидно, в той области тоже ничего не чувствовал… и сжатая в кулак правая рука въехала Джиму по уху, словно внедорожник.

Наклонившись вбок, Джим ухватился за груду стульев, развернулся на сто восемьдесят градусов и бросился на парня… который принял боевую стойку и был готов превратить происходящее в бои без правил.

Огромная часть Джима также хотела хорошей, кровавой рукопашной схватки с парнем. Но было сложно толкнуть речь, поднять тему с Эдди, когда он был готов устроить взбучку тупому потаскуну в этом коридоре.