Грудь Теи наполнило странное чувство, которое сложно было сдержать. Тея не знала, видел ли он это в её глазах.

«Не предавай меня, Коналл. Прошу, не предавай. Только не ты».

А потом печально улыбнулась. Потому что он её точно предаст. Они сами составили этот план. Коналлу придётся отдать её, чтобы защитить близких людей.

Глаза волка наводнили вопросы, пока он наблюдал за отражением эмоций на её лице, но, к счастью, автобус въехал в город.

— Почти на месте, — сказала она, отводя взгляд.

— Нам нужно поесть и переодеться, — решил Коналл. — Из прошлого визита, я помню торговый район. Калли протащила меня в тот день, как мне показалось, по миллиону магазинов.

Это привлекло её внимание.

— Ты был тут с Калли?

Он поджал губы, а потом сказал:

— Она общалась с одним… — Он понизил голос. — Волком. Онлайн. На сайте знакомств.

Тея округлила глаза.

— Есть сайты знакомств для сверхсуществ?

Коналл хмыкнул.

— Ага. Там она познакомилась с одним парнем из Дюссельдорфа и договорилась встретиться. В основном, чтобы позлить моего бету, Джеймса, и была непреклонна. А я не мог отпустить её на встречу с засранцем одну.

Тея старалась не смеяться из-за того, что Коналла полетел в другую страну ради свидания младшей сестры.

— Что случилось?

Коналл вздохнул.

— Мы сели на самолёт, и в воздухе она расплакалась. Не могла поверить, что Джеймс отпустил её. Я не думал, что она понимала, как сильно пыталась заставить его признать, что между ними что-то есть. Она отменила свидание, но я решил, что мы всё равно останемся. Ей нужно было отдохнуть от Джеймса, и я позволил мучить меня, таская из магазина в магазин по Дюссельдорфу.

Грудь Теи была готова взорваться — было ужасно больно.

— Ты — хороший брат.

Они переглянулись, и он вздохнул.

— Такой должна быть семья.

— Но так не всегда, и ты это прекрасно знаешь. — Она прогнала меланхолию. — Это же Джеймс сейчас с Калли в замке Кара?

— Ага. — Коналл нахмурился. — Он вытащил голову из задницы, но Калли поставили диагноз ещё до того, как они смогли быть вместе. Я запретил им развивать отношения.

Это казалось странным.

— Почему?

— Потому что от этого им будет только хуже. — Его голос стал хриплым от эмоций. — Если мы потеряем её… если он потеряет её, хотя бы не будет жить с мучительными воспоминаниями того, как было с ней.

— А что насчёт неё? — Тея начинала злиться.

Коналл, удивлённый её тоном, повернулся.

— В смысле?

— Она умирает, Коналл, а ты лишаешь её шанса на единственное счастье.

— Я не это делаю. А защищаю их.

— Ты никогда не влюблялся, да? Иначе знал бы, что ошибаешься.

Он хмуро посмотрел на неё, и любой задрожал бы от такого взгляда, но Тея злилась, и ей было всё равно.

— А ты когда-нибудь любила? Влюблялась в какого-нибудь итальянца, бегая по Европе?

Она фыркнула, не веря в его бесчувственность.

— Нет, я не влюблялась — непозволительно так доверять. Но мне знакомо чувство потери любимых. Как и тебе. Хочешь сказать, что лучше не отдавать всю любовь, зная, что они умрут?

— Конечно, нет.

— В случае с Калли, это то же самое, Коналл.