Завязать открытый бой с «разрушителем» даже класса «виктория» (особенно если корытом командует Конварион) — самоубийство для эскадрильи. Конечно, все знают, что более крупный крейсер не слишком хорош в обороне против легких истребителей, но даже если одному из канониров неслыханно повезет, а комунибудь из Проныр достанется шальной выстрел, плохо будет Разбойному эскадрону, а отнюдь не «звездному разрушителю». И, собственно, что они могли сделать этой махине — заплевать торпедами? Конечно, если плевок произвести всей толпой, то дюрастиловым тазом накроются дефлекторные щиты. Велика радость. Любой капитан, который по праву носит лычки, просто развернет корабль неповрежденным бортом и продолжит отстрел истребителей. Если ободрать с него все щиты, он уйдет на скорость прыжка раньше, чем его догонит торпеда.

Корран не испытывал ни малейшего желания обрывать недолгую пока еще жизнь самоубийством, атакуя «звездный разрушитель», но предложенная Антиллесом тактика заставляла чувствовать себя… преступником. Корран твердил себе, что это глупо, он даже установил, что подобное суждение основано на простом факте, что Ведж никому не разбалтывал временной расклад их войны. Корран как-то пристал к командиру, угрожая виброножом и умоляя сказать, на когда назначен решающий удар. Антиллес остался незыблем, а Хорн неделю мыл посуду на кухне. Если бы я знал, сколько мы еще намерены бегать, я счел бы задержку за тактический ход. А сейчас у меня ощущение, будто мы тянем время, потому что бессильны.

Сажая машину, Хорн постановил, что с подобными настроениями одному быть не стоит, и из ангара направился в закусочную в надежде, что там соберутся и остальные. Жди, раскатал губу. Шансы на общество были невелики. Оурил все свое время тратил на соплеменников… этих, как их там… руетсави. Навара и Рисати, а по их примеру Гэвин и Асир жаждали видеть только друг друга, поэтому либо прятались по темным углам, либо вообще запирались у себя в комнатах, а если и появлялись на публике, то общаться с влюбленными было невмоготу. Ведж и Тикхо либо планировали следующий вылет, либо были на задании. Сейчас было приятное исключение: Антиллес в кантоне присутствовал. Он спал в углу со стаканом в руке; причем, судя по всему, как раскачивался по привычке на стуле, так и заснул. Хорошо, что сзади была стена. Инири Форж и суллустианка Арил Нунб не так давно выяснили, что обе разделяют пламенную страсть к двухбросковому фендоку и договорному сабакку. Пилотами девушки были неплохими, но их летные таланты не шли ни в какое сравнение со способностью опустошать карманы противника. Грузовой флот Проныр пополнялся странным образом. Кое-кто из шкиперов устрашился угроз Террика, кто-то присоединился из давней дружбы с Антиллесом («А, это тот сопляк, которого воспитывал Бустер!»), но как минимум два фрахтовика отрабатывали карточный долг.

Оставался только Брор Джас. «Наш малютка не мошет жить бес меня, та-а?» Хорну заранее становилось худо.

Корран кисло улыбался, пробираясь в полутьме забегаловки в стойке. Луйяйне, сестра Инири, как-то сказала, что он сознательно не сближается с окружающими… Не уверен, что все вот так просто. Мои друзья разбежались и нет настроения заводить новых.

— Корран! Корран Хорн! Он повернулся на голос.

— Паш? А ты тут что делаешь? — он пробрался между — столами и крепко обнялся с таким рыжеволосым пилотом, что даже в полутьме его голова сияла, точно фонарик. — Обычно вы так проскакиваете на своих «ашках» через систему, что и не замечаете нас.

Кракен-младший подтолкнул ему стул и указал на компанию, с которой сидел за столом.

— У Линны заглох один из двигателей, как раз когда мы рассекали границу атмосферы Йаг'Дхуль. Мы кликнули помощь и оказались на станции раньше, чем успели мяукнуть.