Валерий Гуров. Вожатый из 90-х — 5
Глава 1
СБэшник.
Не было печали — купила баба порося.
Тот самый, которого мы недавно художественно законсервировали в подсобке. Рядом с ним стоял ещё один. Пониже, но и пошире, крепенький такой дядя с квадратной челюстью. Оба стояли у окна. При выключенном свете.
— Деловые люди нынче пошли, — сказал я. — В гости ходят без стука.
— Завтра утром вы ведёте себя спокойно, — заговорил СБэшник. — Не качаете тему. Подписываете объяснение, что конфликт возник из-за недопонимания. И берете на себя всю ответственность, фиксируя негодность вашей методики.
Второй сделал шаг к двери, отрезая мне путь к отступлению. Правда, отступать я не собирался.
— А если я сегодня не в настроении подписывать макулатуру? — уточнил я.
СБэшник улыбнулся.
— Тогда завтра ваши мальчики будут до-о-олго давать объяснения, — протянул он. — Там есть что разбирать.
Вот тут он зря так.
До этого момента это был просто разговор двух взрослых людей, один из которых считал себя умным. После упоминания пацанов разговор закончился.
— Не похоже на предложение, подкупающее своей новизной.
Рожа у СБэшника нахмурилась — не понял. Ну, в том, что он непонятливый, я уже успел убедиться не единожды.
— Я про то, что мы не договоримся, господа. Где дверь показать?
Крепенький потянулся ко мне первым. Видимо, хотел взять за грудки и объяснить позицию администрации языком прикладной педагогики. Я прекрасно понимал, что оба товарища хорошо подготовлены и пришли сюда не кукурузу стеречь. С моими физическими кондициями, пусть и с опытом из прошлой жизни, справиться с ними было бы проблематично.
Но, во-первых, темнота — друг молодёжи. А свет и так не был включен.
Во-вторых, мой внешний вид был как недостатком, так и преимуществом одновременно.
— Ой, а вы что, бить меня собрались? — я поднял руки ладонями вперед. — Не надо, пожалуйста!
Слова явно сбили крепенького с толку, он чуть подвис, а я ушёл с линии атаки, поймал его кисть, вывернул наружу и вогнал плечом в шкаф. Шкаф жалобно хрустнул, крепенький выдохнул так, будто воздух стравило из грелки.
СБэшник рванулся сбоку.
Я схватил с кровати одеяло и кинул ему навстречу. Мужик тотчас запутался, потерял ориентиры. Я встретил его локтем в солнечное сплетение. Он согнулся, но оказался крепче, чем выглядел. Попытался прихватить меня за пояс, получил коленом в бедро, в область пятиминутки, и сразу перестал изображать героя.
— Ой-ой-ой…
Я схватил его руку, резко завел за спину, прижал лицом к столу и чуть надавил.
— Рот закрой, — процедил я.
Крепенький тем временем попытался подняться. Упрямый, зараза, с первого раза, видимо, не дошло.
Я огляделся и, схватив статуэтку, сначала предупредил мужика:
— Не надо.
Он не послушал. Пёр на меня как танк.
Ну ладно…
БАМ!
Статуэтка глухо ударила о голову нападавшего. Он тотчас стёк на пол, уйдя в состояние гроги. Я взял со стула ремень от старой спортивной сумки, рывком притянул его руку к ножке кровати и зафиксировал. Пусть минут десять подумает о смысле жизни.
СБэшник тоже оказался упертым — пришлось привязывать его к батарее шнуром от зарядки ноутбука. Через минуту оба уже лежали в моей комнате обездвиженные, толком не поняв, как так произошло. В их картине мира тощий доходяга-психолог, каким они видели меня, попросту не мог оказать должного сопротивления таким здоровым лбам.
СБэшник зло дышал носом.
— Ты совсем больной? — прошипел он. |