На губах Коннора появилась улыбка, когда он протянул руку для приветствия. Но в его глазах блестел свирепый взгляд льва — без­молвное предупреждение сопернику.

— Добрый день, мистер Гарднер, — поздо­ровался он, бросив взгляд на руку Филиппа, прикасающуюся к локтю Лауры.

Филипп еще крепче сжал ее руку, затем отпустил.

— Добрый день, мистер Пакстон.

Лаура смотрела, как они обменялись то­ропливым рукопожатием, и застыли, разгля­дывая друг друга. Филипп хмурился, Коннор улыбался, если можно было назвать холодный изгиб его полных губ улыбкой.

Филипп почти не уступал в росте Коннору, но в ширине плеч не мог с ним тягаться. Они оба были красивы, но каждый в своем роде. Филипп — бледный и ухоженный, с тонкими чертами лица, человек, предпочитающий тес­ноту библиотек широким просторам за преде­лами четырех стен. Коннора же переполняла энергия, его волосы были черными до синевы, кожа потемнела от поцелуев солнца, лицо — сплошные резкие линии и углы. Такого челове­ка не ограничишь четырьмя стенами.

Если Филиппу было что-нибудь нужно, он просил.

Коннор брал без всякого разрешения.

— Лаура не говорила, что у нее гости, — заметил Филипп.

— Я приехал сегодня ночью.

— Понятно. И откуда вы приехали? Лаура почувствовала, как ее кровь превра­щается в лед, когда Коннор раскрыл рот для ответа. Если он проговорится, они погибли.

— Я прибыл из…

— Корнуэлла, — подсказала Софи, похло­пав Коннора по руке. — Он удивил всех нас, явившись нынче ночью.

«Это верно», — подумала Лаура.

— Из Корнуэлла? — Филипп поднял тем­ные брови, разглядывая своего соперника. — У вас довольно странный акцент. Я бы не догадался, что вы из Корнуэлла.

— Я еще с детского возраста много пу­тешествовал, — Коннор бросил на Лауру взгляд, в котором поблескивали озорные ис­корки. — Мой отец был моряком.

«А кроме того, пиратом и грабителем», — про себя добавила Лаура.

— Понятно… — произнес Филипп, погла­живая свои тонкие усики. — И эти путешествия внушили вам страх к парикмахерам, мистер Пакстон?

— Парикмахерам? — Коннор нахмурился и взглянул на Лауру. — Кто такие эти парик­махеры? Кого он имеет в виду?

Лаура засмеялась, надеясь, что Филипп не расслышит в ее голосе истерических ноток.

— Ох, Коннор, вы такой шутник! Филипп посмотрел на нее и нахмурился. Веселья в нем не было ни капли.

— Понимаете, Коннор был в археологичес­кой экспедиции. Боюсь, он иногда забывает о настоящем, когда погружается в прошлое, — стала объяснять Софи, и все взгляды обрати­лись к ней. — Он большой специалист по викин­гам девятого века. Особенно ирландским.

Лауре оставалось только ошеломленно гля­деть на тетю.

— Специалист по викингам? — Филипп на­супился, бросив на Коннора надменный взгляд. — И эта любовь к девятому веку за­ставляет вас ходить в таком странном кос­тюме?

Глаза Коннора прищурились.

— Багаж Коннора задержался, — сказала Софи.

— Ясно. — Филипп смахнул невидимую пылинку с рукава костюма. — Должен сказать, я не понимаю, как можно интересоваться сво­рой кровожадных варваров.

Лаура поморщилась, про себя желая Фи­липпу поосторожнее обращаться с кровожад­ными варварами.

— Викинги — отличные мореходы, — Кон­нор улыбнулся, но Лаура видела ледяной блеск в его глазах, от которого у нее застыла кровь.