— Слушай, если я сегодня вечером привезу собаку? Как ты на это смотришь? Можно?

— Привози. Я буду здесь. Покричишь меня, я открою калитку.

Павел повернулся и направился к магазину. Он сел на мотоцикл, завёл двигатель и поехал к себе домой. Войдя в дом, он вытащил из-под кровати сумку, из которой достал автомат и положил его на кровать. Он быстро разобрал автомат и стал его чистить. Закончив чистить, он собрал его и положил в сумку. Теперь он был готов к предстоящей встрече с Казаком.

Было уже довольно темно, когда Лавров выехал из посёлка на мотоцикле. Он быстро доехал до нужного ему адреса. Загнав в кусты мотоцикл, он отстегнул от багажника чёрную спортивную сумку и достал из неё автомат. Передёрнув затвор, он вогнал патрон в патронник и поставил автомат на предохранитель. Забросив ремень сумки на плечо, он направился к дому Казака.

Во всех окнах дома горел свет. Павел остановился около калитки и нажал на кнопку звонка. Минуты через три дверь дома открылась и на пороге возникла фигура Казака.

— Кого чёрт несёт? — спросил он. — Чего надо?

— Извините. Это я, Вы, наверное, помните, я сегодня приходил в отношении Ваших собак. У меня сука, она там в машине. Вы не будете против, если я сейчас её приведу сюда? Вы пока закройте Ваших кобелей в сарай, а то они могут сцепиться из-за суки.

— Ты что, днём не можешь это сделать? Обязательно на ночь глядя.

— Да днём как-то неудобно. Кругом дети. Да Вы не переживайте, я её оставлю здесь до утра в одном из вольеров с Вашим кобелём, а утром заберу. Вы не против этого?

— Хорош болтать, веди свою суку, я сейчас закрою собак, — ответил Казак.

Убедившись в том, что собаки закрыты в вольере, Лавров быстро перескочил через забор и, скрываясь в темноте, подошёл к двери. Он достал автомат из сумки и снял его с предохранителя. С минуту постояв около двери, он резким движением руки открыл дверь и оказался в доме Казака. Его появление было равносильно появлению в комнате Иисуса Христа. Находившиеся в комнате ребята сидели с открытыми ртами. Их взгляд застыл на автомате, который держал в руках Павел. У одного из парней дрогнула рука, и содержимое чайной ложки белой струёй посыпалось на стол.

Прошла секунда-другая, сидевший с левой стороны от Казака парень метнулся к тумбе, на которой лежал обрез двуствольного ружья. Глухо прозвучала короткая очередь. Стреляные гильзы со звоном покатились по полу. По комнате поплыл запах пороха. Парень, схватившись за грудь, упал на пол, окрасив светлые с накатом стены комнаты пятнами алой крови.

Глаза Казака расширились от ужаса. Он словно окаменел и, не отрываясь, смотрел на лежащего на полу парня. Второй парень молча поднял руки.

— Не убивай, — прошептал он. — Я всё тебе покажу. Мы отдадим тебе всё — наркоту и деньги, только не убивай!

— Давай быстро тащи всё сюда! Положи на стол и сядь на стул вон в том конце комнаты. Предупреждаю, если что, убью прямо на месте.

Парень вскочил и бросился к комоду, стоявшему около стены. Он выдвинул ящик и стал быстро укладывать пакетики с уже расфасованными дозами в коробку от рыбных консервов.

— Сейчас я всё выложу, только не стреляйте, — бубнил он себе под нос.

От глаз Павла не ускользнуло, что парень схватил пистолет «ТТ», который лежал под пакетиками с наркотиками. Он попытался направить его в сторону Павла, однако у него ничего не получилось. В комнате снова прозвучала короткая очередь. Парень, схватившись за прострелянную грудь, рухнул рядом с уже лежавшим на полу трупом своего товарища.

— Ты что, замёрз, Казак? Где остальные наркотики? Сколько ещё раз мне тебе об этом говорить?

Казак по-прежнему сидел за столом. Около его ног медленно растекалась лужа мочи.