Я прочистила горло.

– Ты сказал мне, что ты опасен. Вот я и не теряю бдительности, вдруг ты сорвёшься и попытаешься меня убить.

– И как ты представляешь себе нашу схватку, если до такого дойдёт?

– Может, я призову ветку дерева, которая тебя задушит.

Самаэль резко остановился, повернувшись ко мне.

– Как? Данная разновидность магии… – он умолк. Что то в этом реально нервировало его.

– Что? – спросила я.

Он покачал головой.

– Это напоминает мне кое что, что я предпочёл был забыть.

– Ты собираешься сказать мне, что это, или мне придётся привязать тебя и выведать пытками?

Он сощурился.

– О чём ты говоришь?

– В твоём замке обитает нечто тёмное. Злобное присутствие. Может, трагедия. Ты знал, что существует древняя легенда? Король так сильно любил женщину, что заточил её в Железной Крепости. Будучи взаперти, она лишилась рассудка.

Тени омрачили его глаза.

– Я не эксперт в любви, но сдаётся мне, это не так работает.

Мою грудь сдавило от раздражения. Почему он не может просто сказать мне правду?

– Но ведь на деле всё было иначе, не так ли? – настаивала я. – Это был не король. Это был ты. Ты  первый жил в замке. В той комнате, которую ты держишь запертой, жила женщина. И ты с тех пор не переделывал её комнату. Она что то значила для тебя.

– Это была не любовь, – в его тихом голосе звучали резкие нотки, почти предостережение.

– Тогда почему ты сохранил её комнату в таком виде?

– Чтобы напомнить себе, как ощущается зло, и что мне никогда больше не стоит ослаблять бдительность.

Я почувствовала, как моя кровь стынет в жилах.

– Она была демоном?

Языки пламени осветили его глаза.

– Да. И мне стоило убить её при первой же встрече.

По моей коже скользнул страх.

– Почему?

– Демоны не умеют любить. Они могут лишь притворяться, изображать любовь. Демоны искажают твой разум и сердце, пытаются высосать из тебя жизнь, чтобы что то почувствовать. И я совершил ошибку, согласившись жениться на ней. Она была опасной и вероломной. Но мы почти дошли до монастыря, и я уже рассказал больше, чем тебе нужно знать. Всё это было сотни лет назад. Это не имеет никакого отношения к чему либо.

Я ощутила странный укол ревности из за того, что Самаэль уже был женат. Неудивительно , что призрак как будто видела во мне угрозу. И я чувствовала её зависть.

Мы свернули на площадь Сангвина, где короли когда то сжигали предателей и еретиков. В наши дни мясники продавали здесь мясо; солнце заливало торговые прилавки, в воздухе пахло кровью. Монастырь Святых Сестёр стоял прямо напротив.

Наконец, мы добрались до сверкающих белых ворот монастыря – старой деревянной конструкции над каменным входом. Самаэль толкнул дверь и шагнул на каменную дорожку.

Я обхватила себя руками, готовясь к разговору, который вот вот случится.

Пройдя через старые ворота, я обратила внимание на архаичную красоту этого места. Готическое здание из тёмного камня возвышалось перед нами, а справа простирался двор, окружённый арочными проходами. Пара Святых Сестёр шла мимо фонтана со сложенными руками и серьёзными лицами.

Слева находилось кладбище с покосившимися надгробьями, которые торчали из земли как костлявые каменные пальцы. В былые времена люди думали, что надо обязательно быть похороненным на монастырском кладбище, иначе не попадёшь в Рай. Так что тела хоронили друг над другом, образуя целые стопки мёртвых под землей. Видимо, это был единственный способ обеспечить себе роскошную загробную жизнь.

Но когда по воздуху разнёсся пронзительный завывающий звук, я с нарастающим ужасом осознала, что сегодня вовсе не встречусь с Трезвой Мамой.