Выстрел в шею подвергал опасности воздушные пути над кадыком. Будем надеяться, область просто распухла: в худшем случае, он истекал кровью из артерии, утопая в ней.

– Далеко до моста? – крикнул он Лэсситеру.

– Я его вижу.

Время Рофа на исходе.

– Не сбавляй скорость. Ни в коем случае.

– Понял.

Король схватил его руку.

– Не вздумай… затыкать... рану... своими… трусами.

– Я не ношу их, мой господин. – И он не преувеличивал грозившую им опасность. Если король не получит помощь по части дыхания, то умрет прежде, чем кто-либо определит, где еще проблемы.

Начав действовать, Тор рывком распахнул пальто короля, расстегнул переднюю часть кевларового жилета… только чтобы удостовериться, что на широкой груди ничего нет. Проблема была в ране на шее, и, ага, осмотр показал, что пуля застряла где-то там. Одному Господу известно, что было не так. Но одно Тор знал наверняка: если ему удастся открыть воздуху путь ниже раны, то у них будет шанс.

– Роф, я заставлю тебя дышать. И, прошу, во имя любви твоей шеллан, не спорь со мной относительно масштабов твоих проблем. Мне нужно, чтобы ты работал со мной, а не против меня.

Король провел по лицу рукой, и, когда, наконец, нашел свои очки, отшвырнул их в сторону. Когда эти красивые глаза ярко-зеленого цвета встретили взгляд Тора, казалось, что Роф все видел.

– Тор? Тор… – щелчки, отчаянные щелчки, будто король пытался втянуть воздух. – Где… ты?

Тор поймал бьющуюся ладонь и с силой сжал.

– Я рядом. Ты дашь мне помочь восстановить твое дыхание, окей? Кивни, брат мой.

Когда король кивнул, Тор прокричал Лэсситеру:

– Езжай ровно, пока я не скажу.

– Сейчас заезжаем на мост.

По крайней мере, впереди прямая.

– Очень ровно, ангел, ты меня понял?

– Заметано.

Достав из ножен один из черных кинжалов, он положил его на укрытый пол рядом с головой Рофа. Потом достал свой мешок с водой и разорвал его: взял гибкую пластиковую трубочку, которая шла из входного отверстия к мешочку, выдернул ее и обрезал с обеих сторон, а потом опустошил содержимое мешочка.

Он склонился над Рофом.

– Я собираюсь воткнуть это в тебя.

Черт, дыхание затруднилось еще больше, превратившись в сплошные рывки.

Тор не стал дожидаться согласия или признаков понимания. Он обхватил свой кинжал и левой рукой пропальпировал мягкий участок плоти между ключицами короля.

– Приготовься, – сказал он хрипло.

Черт возьми, он не смог стерилизовать лезвие, но даже будь под рукой костер, чтобы опалить клинок, у него попросту не было бы времени, остудить его: рваное дыхание становилось все тише, а не громче.

С беззвучной мольбой Тор сделал именно то, чему его научил Ви: он вдавил острие кинжала в кожу к твердой трубке пищевода. Еще одна быстрая мольба… а потом он вонзил лезвие глубоко, но не слишком. И сразу же запихнул в отверстие гибкую трубку.

Облегчение мгновенно накрыло его, когда воздух начал вырываться с тихим свистом. И сразу после этого Роф сделал хороший вдох, а потом еще один… и еще.

Упершись рукой в пол, Тор сосредоточился, держа трубку там, где она должна была находиться – в горле короля.. Когда вокруг начала выступать кровь, он перестал подпирать себя и прищемил пальцами второй руки кожу вокруг пластиковой линии жизни, зажимая рану как можно плотнее.

Слепые глаза с радужкой толщиной с иголку встретили его взгляд, и в них плескалась благодарность, будто Тор спас жизнь парня или что-то вроде этого.

Поживем – увидим. Каждая еле заметная кочка, которую ловил минивэн, заставляла Тора нервничать, и они по-прежнему были далеко от дома.

– Оставайся со мной, – пробормотал Тор.