— Господи, у нее приступ! — вскричала Амели. — Ей плохо с сердцем!

— О нет! — пробормотала Мари, готовая заплакать. — И Адриана нет дома! Нан, дорогая, прошу, скажи что-нибудь!

Леон встал, он был очень бледен.

— Нужно дать ей водки! — заявил он.

Перепуганная Камилла подбежала к буфету, в котором Мари хранила спиртное, и дрожащими руками налила водки в маленький стаканчик.

В свете огня и свечей сморщенное лицо Нанетт было страшным. Испуганная Мадлен закрыла лицо руками и прижалась к своей маме Тере. Мелина же стояла и бесстрастно ждала развития событий.

— Выпей, моя Нан! — умоляла Мари, подавая той стаканчик. — Умоляю!

Вмешалась Жаннетт. Она опустилась на колени рядом с Мари и тоже стала уговаривать старушку:

— Выпейте, бабушка Нан!

Нанетт напряглась и сделала пару глотков. Она задышала в обычном ритме, покрасневшие веки приоткрылись. Все смотрели на нее. Наконец к Нанетт вернулся дар речи:

— Вот несчастье! Думала, все — настал мой смертный час! У меня так болело здесь…

Взволнованная Мари увидела, что старушка тычет в свою шерстяную кофту слева, под грудью.

— Нан, моя Нан, как же ты меня напугала! Адриан осмотрит тебя, как только вернется. Наверняка это снова твое сердце!

Мари поспешила обнять свою приемную мать за шею. Гости и домочадцы вздохнули с облегчением и стали забрасывать едва пришедшую в себя старушку вопросами. Та, словно желая скрыть свою слабость, отвечала спокойно и даже с некоторой гордостью — она явно была довольна таким вниманием.

Камилла, которая еще не отошла от пережитого страха, стала нарезать пироги с орехами и яблочный флонард.

— Бабушка, съешь что-нибудь! — сказала она громко. — Тебе сразу станет лучше!

— Не откажусь, моя курочка!

Вечеринка продолжалась, однако тень озабоченности омрачила чело Мари. Мелина, воспользовавшись моментом, подошла к приемной матери и погладила ее по руке. И не без задней мысли…

— Можно я пойду с Мадлен в свою комнату, мама Мари? — попросила она. — Я хочу показать ей мою красивую куклу!

— Конечно идите, но нужно спросить позволения и у мамы Тере.

Мелина поморщилась, но поспешила подчиниться.

— Можно Мадлен пойти со мной в мою комнату?

— Конечно! — ответила мадемуазель Берже, бросая на Мари многозначительный взгляд. — Это ее развеселит!

Мари поняла: приступ, случившийся с Нанетт, испугал девочку.

Мелина тотчас же схватила Мадлен за руку и повела к лестнице. Мадлен, девочка послушная и ласковая, последовала за ней без возражений. Девочки вышли из кухни. Едва оказавшись в вестибюле, Мелина щелкнула выключателем. Загорелась электрическая лампочка, на мгновение ослепив их. Однако их глаза быстро приспособились к яркому, по сравнению с мягким освещением кухни, свету.

— Я не люблю темноту! — шепнула Мелина маленькой Мадлен. — Под лестницей прячутся чудовища! Скорее бежим по ступенькам!

Мадлен послушалась и побежала наверх, испуганно глядя по сторонам. Ее страхи улетучились, стоило ей увидеть комнату Мелины. Открыв ротик от изумления, малышка замерла на пороге, любуясь розами и сиренью на обоях, красивым желтым атласным одеялом, миленькими кружевными занавесками… Это многоцветье поразило ее, особенно в сравнении со скромно отделанной приютской спальней. Наконец Мелина показала ей свою куклу.

— Посмотри, какая красивая! И у нее есть настоящие одежки! Я сложила их в своем комоде. Нет! Не трогай, ты ее испачкаешь! Тебе еще рано иметь такую куклу, большую и красивую!

— У меня чистые руки, — несмело возразила девочка.