На землю брызнула чёрная кровь. Хари-онага отпустила меня и, схватившись за лицо, с диким криком попятилась. Но стоило почувствовать свободу, как я ударил мечом снизу вверх. Тварь дёрнулась и невольно задрала голову. Кровавая полоса проходила ровно от подбородка до лба. Череп призрака был рассечён на две ровные вертикальные части.

Хари-онага оступилась и рухнула на спину. Я моментально оказался рядом и рубанул ещё раз, но теперь уже целясь в шею. Широкое лезвие прошило тело монстра насквозь и вонзилось в землю, отрубив голову противника.

— Ну, почти, — пробормотал я, смотря, как тело поверженного призрака растворяется в воздухе.

Оно превращалось в пепел, который взметался на ветру и исчезал, а я всё никак не мог понять, что же сотворило подобного монстра. Какая сила заставила призрака восстать и убивать ванов? Что произошло с женщиной?

Но из гнетущих мыслей меня вырвал крик сестрёнки:

— Тсукико!

Я обернулся. Девушка сидела на земле и зажимала рану крестьянина. Тот ещё дышал, но его жизнь висела на волоске. Следовало поспешить, вот только тащить его на себе я бы не смог. Боялся, что от этого станет только хуже. Лошадь, судя по всему, убежала от испуга. Оставалось лишь самому встать в упряжь и оттащить незадачливых путников в деревню.

* * *

Не знаю, каково им было в повозке, но мне приключение не особо понравилось. Стоило мне двинуться вперёд, как почувствовал себя волом. Не хватало свиста плети и пары ударов по спине.

Но позади раздалось тихий детский смех, и это несколько поубавило моей злости. Судя по всему, ребёнок увидел, кто тянет повозку. Да, наверное, со стороны это выглядело комично.

А вот хриплое дыхание вана напрягало больше всего. Я боялся, что мы не успеем. Что он оставит бренный мир по пути к спасению. И этого я бы себе уже не простил.

Но всё обошлось. И стоило нам оказаться на окраине деревушки, как крестьяне, увидевшие нас, тут же засуетились. А через пару минут показался и трактирщик со своей свитой.

— Амайо?! — воскликнул он, взглянув на раненого. — Быстро несите его в трактир и вызовите лекаря, — приказал амбалам. Те молча кивнули и, забрав у меня повозку, покатили её дальше. Трактирщик же вновь повернулся к нам и пояснил: — Амайо, мой знакомый. Гончар из соседней деревни, я недавно предложил ему переехать к нам вместе с семьёй.

— Неудачные у тебя предложения, — грубо ответил я. — На них напала Хари-онага. Мы едва успели.

— Откуда же я знал, что он согласится и поедет именно сейчас? — возмутился Мень, а потом прищурился, глядя на меня. — Вы что-то выяснили, да?

Но вместо ответа я двинулся на него. В первую секунду трактирщик отступил, не ожидав такого натиска, но потом усмехнулся и выпрямился, показывая всем своим видом, что не боится меня.

— Парень, не забывайся, против кого идёшь.

— Да неужели? — хмыкнул я, встав к нему почти вплотную. — И что с того? Убьёшь так же, как свою жену?

— Что? — ван вопросительно вскинул густые брови, а следом за этим рассмеялся. — О чём ты говоришь? Я никогда не был женат. Да и вряд ли буду. Не по мне это дело.

— Тогда как ты объяснишь это?

Я вручил ему медальон. И стоило трактирщику увидеть обгоревшее украшение, как с него спала вся спесь. Он моментально стал белым как мел. Не веря тому, что видит, крутил медальон из стороны в сторону.