— Мы нашли медальон здесь, — пояснил я, указав на обгоревшие кости. — Внутри дерева.

Трактирщик ничего не ответил. Казалось, что он вообще потерял связь с реальностью. Медленно шагая, подобрался к останкам. На глазах некогда хамоватого вана проступили слёзы. Он молча протянул руку и прикоснулся к чёрному черепу.

— Майа, — послышался его шёпот. — Прости.

Никто из нас не решился нарушить момент. Мы ждали, когда Мень сам отойдёт от потрясения.

И вот, наконец, ван отступил и повернулся к нам. На бледном лице блестели тонкие дорожки слёз.

— Достаньте её, — грубо произнёс он, обращаясь к крестьянам. — Но аккуратно, чтобы ни одна кость не пострадала. Иначе шкуру спущу.

Те кивнули и пошли к дереву. Трактирщик же вернулся к нам.

— Мень, а не слишком ли ты груб? — обратился я к вану. — Они ведь не твои слуги.

— Откуда тебе знать? — усмехнулся тот, вытирая лицо платком. Перед нами вновь предстал наглый торгаш. — Если показать свою слабость, то считай, что проиграл. Вот яркий пример. Я не хотел отпускать сестру, но поддался на её уговоры. И что с того?!

Последние слова он уже выкрикнул, но тут же взял себя в руки.

— Ты не всегда получаешь то, что хочешь, — заметила Теруко. — Но если б не отпустил её, то стала бы Майа счастливой?

— Что? — саркастично усмехнулся он. — Взгляни туда, девочка, — указал на чёрный ствол, от которого уже летели щепки. — Это, по-твоему, счастье?

— Нет, но…

— Вот и не умничай, — огрызнулся тот. — Я не маленький мальчик, чтобы меня учили. Тем более те, кто не прожил всего, что довелось пережить мне.

— Мень, — тут уже не выдержал я. — Не забывай, что Теруко моя сестра, и не нарывайся зазря.

Тот скривился.

— М-да, узнаю себя в молодости. Вот только у меня не было столько богатств, как у вас. Думаешь, сладко нам пришлось? Ты защищаешь её, так же, как я заступался за Майа. Молодец. И мой тебе совет, никогда не отступай от своих убеждений. Она твоя семья, и ты должен будешь стоять за неё горой.

— Хорошо, — примирительно кивнул я. — Благодарю за советы, — хотя я это и так знал, — но у нас уговор. Хари-онага побеждена и не сможет появиться ближайшие несколько дней. Если вы успеете похоронить её останки, то призрак успокоится.

— Думаешь? — хмыкнул Мень. — А как теперь успокоиться мне? Что здесь, чёрт возьми, произошло? Ты обязывался выяснить это!

— Нет, друг. Я обещал найти призрака и расправиться с ним. Эту часть уговора я выполнил. Теперь пришёл твой черёд. Руны, заклинание…

— Да ни хрена подобного! — выпалил ван. — Ты должен найти убийцу! Это твоя работа! Если надо, я готов заплатить, скажи только сколько!

— Хватит! — рыкнул я и снова схватил трактирщика за грудки. — Я не могу бегать по твоим жалобам и убивать всякую нечисть, когда это взбредёт тебе в голову! Либо ты сейчас же пишешь мне верное заклинание, либо я срублю то сраное дерево вместе с костями твоей сестры. И никто, никогда, не узнает, что было на самом деле!

Наверное, зря я так погорячился. Вон, даже крестьяне притихли и испуганно уставились на нас. И всё же моя тирада возымела действие.

— Хорошо, — сник трактирщик.