– Вы свидетель, Тайлер!

Констебль подошел к сержанту.

– Позвольте, сержант… Вы не можете отказать мисс Мак-Картри… Тут и вправду есть ущемление прав, а по закону мы обязаны…

– Лучше уж признайтесь сразу, Тайлер, что вы сообщник этой женщины! Хорошо!… Я готов принять вашу жалобу, мисс Мак-Картри, но не рассчитывайте, что я стану искать человека, по-моему, лишь проявившего гражданское мужество!

– Успокойтесь, сержант, ваша помощь мне вовсе не понадобится!

Во время обхода Тайлер рассказал всем, кто еще не знал или делал вид, что не знает, об оскорблении, нанесенном мисс Мак-Картри, а сам незаметно следил за реакцией собеседников. Зашел он и в «Гордого Горца». Тед Булит выслушал рассказ констебля с нескрываемым возмущением. Оба они согласились, что виновников следует искать среди тех, кто открыто ненавидит Иможен.

– В первую очередь это, конечно, Гарри Лоуден, но я все же не думаю, чтобы мэр осмелился выкинуть такой фортель… Слишком рискованно…

– Но он мог поручить это кому-нибудь другому…

– Опасно… Пожалуй, только с Кейтом Мак-Каллумом Гарри достаточно близок, чтобы попросить о подобной услуге. Но Кейт – человек осторожный.

– А кстати, Тед, ваша жена никуда не ходила вчера вечером?

– Я понял ваш намек, Тайлер. Но нет, она сидела дома, а если бы и вышла, то никогда не посмела бы сделать такую пакость. Маргарет знает, что я могу и шею свернуть…

Войдя в бакалею, констебль застал миссис Фрейзер, миссис Плери и миссис Шарп за оживленным разговором с миссис Мак-Грю.

– Уильяма нет, миссис Мак-Грю?

– Он работает на складе.

– С вашего разрешения, я хотел бы поговорить с Уильямом.

С любопытством взглянув на констебля, Элизабет позвала мужа, и тот прибежал, даже не сняв большого синего фартука.

– Привет, Тайлер.

– Привет, Мак-Грю. Слыхали, что произошло сегодня ночью?

– Нет.

Констебль снова рассказал о происшествии.

– Дело очень серьезное, Мак-Грю, – закончил он. – Мы не можем допустить у себя подобных нравов… Дайте мне только найти виновного – и он дорого заплатит!… Пожалуй, ему не только придется заплатить штраф и заново выкрасить мисс Мак-Картри ограду, но и посидеть в тюрьме… Остается разыскать человека, выходившего из дому вчера вечером… Думаю, это не составит особого труда…

Едва констебль закрыл за собой дверь, Мак-Грю заговорил сам с собой, словно не замечая ни жены, ни посетительниц.

– Мало у кого в Каллендере найдется сурик… Да и тех, кто ненавидит Иможен Мак-Картри до такой степени, чтобы решиться на этакую выходку, тоже немного… Если это мужчина, мне жаль его несчастную жену – за подобное ничтожество не стоило выходить замуж… А если это женщина, муж, конечно, не упустит такой замечательный повод для развода… Разве настоящему джентльмену приятно навещать супругу в тюрьме? Да и можно ли положиться на жену, способную трусливо, в темноте пакостить ближним? Нет, я заранее сочувствую этому несчастному…

Покупательницы молча, округлившимися от страха глазами смотрели на Мак-Грю. Элизабет пыталась напустить на себя полное безразличие, но суетливость ее движений выдавала внутреннюю панику. Уильям поднял голову.

– Скажите, Элизабет, вы ведь, кажется, вчера вечером вместе с этими дамами ходили на собрание общины?

– Ну да…

– Счастье для вас, что преподобный Хекверсон сможет это подтвердить, иначе вы бы первые попали под подозрение… И вам бы пришлось в полицейской машине ехать из Каллендера в Перт… От одной мысли об этом меня пробирает дрожь…

Первой не выдержала миссис Плери.