Глава 3

Приближалась гроза «с сильными порывами ветра», как объявили по телевизору. Отец, скорее всего, останется на работе до завтра. Франческе вовсе не хотелось ночевать одной, к тому же во время такой непогоды. Она набрала номер Грации.

– Привет! Не работаешь сегодня, кажется?

– Нет, а что? – Грация что-то с аппетитом ела, из трубки доносилось легкое чавканье. – Подожди секунду, пирог проглочу!

– Ты ужинаешь, что ли? – удивилась Франческа. – Рано совсем.

– Да нет. Мама пирогов напекла с биетой , вот я и не смогла удержаться и один схватила. А ты куда пропала, почему на звонки не отвечаешь?

– Никуда я не пропала! А неотвеченный вызов был всего один, – слукавила Франческа, которой не хотелось рассказывать о состоянии, в котором она пребывала всю неделю после праздника. – Приходи ко мне. Вместе поужинаем и грозу переждем. Отец на сутки заступил.

– Это можно, – согласилась Грация. – Только родителей предупрежу, что у тебя заночую.

Франческа положила трубку и задумалась. Что же делать? Что?.. Отец попросил подождать и не паниковать раньше времени. Но прошло уже больше недели!

«Как хорошо все-таки, что я доверилась папе… Впрочем, у меня с самого детства не было от него секретов. Ну ничего, ничего, – успокаивала себя Франческа, – сейчас придет Грация, как всегда, громогласная и веселая, мы приготовим что-нибудь поесть, она выболтает все новости… Стоп! Теперь только и говорят что о пропаже Энцио… А хочется ли мне об этом слушать? И знает ли Грация, что меня уже допрашивала полиция? Повезло, что отец был дома и пришедшие полицейские оказались его знакомыми. Впрочем, на острове все так или иначе знают друг друга…»

Она вспомнила, как при появлении полиции отец, загородив собой, буквально отодвинул ее к стене и предложил пришедшим отведать по рюмочке лимончелло. Сама Франческа по его просьбе приготовила кофе, и официальный визит стражей правопорядка разом превратился в обычную приятельскую беседу.

Боже мой, почему все так вышло?! Временами ей становилось совсем тошно, и она снова и снова перебирала в памяти подробности того дня и той ночи, с горечью раздумывая о случившемся.

Как же она радовалась, когда ее выбрали на роль монашки! И как гордо заявляла недовольному отцу: «У меня сегодня репетиция!» – и неслась в замок, уже зная, кого пригласит на танец, благо право выбора оставили за ней.

Она вздрогнула, услышав громкую мелодию телефона. Мужской голос начал сразу, без приветствия и обиняков:

– Тебя больше в полицию не вызывали?

– Пока нет, – односложно ответила Франческа.

– Ключевое слово «пока». – Он помолчал. – Надеемся, ты помнишь, что мы тебе помогли?

– Конечно. Да и папа говорит, что…

– Ты все отцу рассказала?! – заорали по ту сторону трубки.

– Да, – виновато прошептала девушка, – я испугалась, что…

– Да ты ненормальная!! – в мобильник кричали уже несколько голосов. – Что делать будем?! Она все разболтала отцу! Да это полный капец!

Франческа действительно бросилась к папе, как только тот вернулся с работы. Мужчина обнял дочь и усадил на диван, а она, всхлипывая и сбиваясь, рассказала ему обо всем, пока он гладил ее тяжелой рукой по растрепанным волосам.

Эти двое всегда были очень близки и давно простили свою непутевую жену и мать, сбежавшую на север Италии с приехавшим на Искью отдохнуть и подлечиться предпринимателем из Ноале. Рассказывать отцу обо всем, что случилось за день, Франческа привыкла с того времени, когда была еще подростком.