Вцепившись в руку противницы пониже запястья, Сэл изо всех сил пыталась удержать ее, не дать Кейт Райт размахнуться и использовать тяжелый бронзовый подсвечник не по прямому назначению. Другой рукой Сэл старалась схватить Кейт за горло, но та успешно отбивалась свободной левой, не стесняясь пускать в ход зубы и ногти. В какой-то момент домоправительница, собравшись с силами, рванулась в сторону, высвободилась, отбросила Сэл и занесла руку для последнего удара. Понимая, что все кончено, Сэл изловчилась и, выгнувшись, схватила Кейт за ногу и дернула.

Кейт вскрикнула и выпустила подсвечник, упавший на каменный пол в дюйме от головы Сэл. За ним, но с гораздо большим грохотом, приземлилась домоправительница.

В ту же секунду Сэл оказалась сверху и пустила в ход свои маленькие, но крепкие кулачки.

Донесшиеся снизу грохот и вскрик на долю секунды отвлекли Грина, и Мориарти, внимательно наблюдавший за противником, не преминул воспользоваться шансом.

Но на этот раз ему не повезло — Грин успел повернуться и выставить руку, блокируя выпад, так что испанский клинок лишь разрезал рукав.

Враги отпрянули друг от друга и снова замерли, отдуваясь, с горящими глазами, как два хищника, схватившихся из-за самки.

Сэл не знала, что с домоправительницей, но та лежала без движений, и она поднялась, выждала секунду и, убедившись, что миссис Райт не шевелится, бросилась по коридору. Она неслась так, словно весь ад мчался за ней по пятам. Коридор… дверь… лестница… Спотыкаясь и падая, не переставая звать на помощь, Сэл взлетела по винтовым железным ступенькам, свернула к двери, за которой вроде бы находилась комната Пейджета, и принялась колотить по ней.

Пейджет скатился с кровати. Судя по крикам и отчаянному стуку, там происходило что-то, требовавшее его незамедлительного вмешательства. Не удосужившись даже одеться, он открыл дверь и предстал в таком виде перед запыхавшейся Сэл Ходжес, которая выпалила с десяток не связанных между собой слов. Пейджету понадобилась еще секунда, чтобы схватить штаны и старый пятизарядный револьвер.

Грин снова перешел в атаку, и Мориарти, уклоняясь от летящего по дуге ножа, упал на постель. Лезвие прошло мимо.

Мориарти скатился с кровати и моментально повернулся. Теперь их разделяло широкое препятствие. Профессор начал уставать. Ремни сковывали движения, а раненой руке недоставало прежней ловкости.

Грин на секунду замер, не зная, какой путь выбрать — напрямик, через кровать, или в обход. Взгляд его метался из стороны в сторону. Мориарти стоял неподвижно. Впрочем, замешательство длилось считанные секунды, и вот уже Культяшка метнулся вправо, вынуждая Профессора повернуться ему навстречу. Оба одновременно вскинули руки, и те сомкнулись. Пальцы сжали запястье. Теперь все зависело не от сноровки или ловкости, а исключительно от силы — кто кого пережмет.

Мориарти казалось, что состязание в силе продолжается целую вечность, и эта самая сила уходит из него с каждым выходом. Дважды он пытался ударить Культяшку ногой по лодыжке, но тот был настороже, и чаша весов постепенно клонилась в его сторону. Враг не поддавался, а вот рука Профессора понемногу опускалась. В какой-то момент Грин резко нажал и, высвободив руку, занес нож для смертельного удара.

Раздался выстрел. Эхо отскочило от стен и ударило по ушам с такой силой, будто рядом бабахнула пушка. Лицо Грина перекосилось, рот расползся, рука, словно подрезанная, вяло упала.

Пуля угодила в грудь, и из раны ударил фонтанчик крови. В следующее мгновение тело шмякнулось на пол, воздух наполнился запахом пороха. Мориарти поднял голову — полуголый, растрепанный, Пейджет стоял в дверном проеме, опустив револьвер, из дула которого лениво выползала змейка дыма.

Грин прожил не больше двадцати минут, и ему еще повезло. Дыхание причиняло боль, с губ срывались мольбы о помощи, но Мориарти удалил из комнаты посторонних и, опустившись на кровать, молча смотрел на несчастного, пока тот не испустил последний вздох.